Он снова склонился над картой. Съезд на Гамле Хурдалсвей. Сколько дотуда? Километра три? Шесть? О’кей. Значит, до асфальта ему было ехать около шести километров. Там следы исчезнут. Это должно было быть здесь. На гравиевой дороге. Сколько съездов Фредрик насчитал, пока ехал сюда? Один на вырубку – там в конце дороги лежали штабеля бревен. Еще один к чему-то, похожему на водохранилище, там были вывески коммуны. С последнего съезда пришлось вернуться, Фредрик там чуть не застрял.

Фредрик Риис убедился, что следы видны, и сел в машину.

Он еще чувствовал ее запах.

Ее мягкую кожу под одеялом.

Утром, лежа рядом, она улыбнулась ему.

Учительница.

Силье Симонсен.

Черт возьми, Фредрик, как будто тебе больше не о чем думать.

Одна бутылка вина перешла в две. Мир замер, пока они сидели на кухне, и его увлек поток – как же легко было с ней болтать. Клише, но они словно были знакомы сто лет. Его прилично развезло, фоном звучала тихая музыка, альбом Билли Холидея на репите, и ее рука мягко накрыла руку Фредрика.

В папке соцслужб, слава богу, ничего ужасного не оказалось. Ужасно, что мальчик несколько раз приходил в школу с синяками. Школа забила тревогу, отца вызвали на разговор. Но фактов оказалось недостаточно, чтобы уличить его. Фредрик отметил одно наблюдение соцработника: Отец явно страдает нехваткой эмпатии, и я настоятельно рекомендую следить за их отношениями с сыном впредь. Далее была предложена дата следующего разговора, но, судя по всему, провести его не успели. Фредрик, конечно, почуял неладное после истории о том, что мальчик сидел в машине, пока отец покупал себе еду, но убийство? Нет, на это ничто не указывало. Надо обсудить это с Мунком. Допрос в любом случае лишним не будет. Если только они еще не нашли преступника. Окурки из леса. Полное совпадение ДНК. Он так и не понял, как ей это удалось. Как она до этого додумалась. Миа Крюгер. В первый день все только и шептались о ней в коридорах, но теперь наступила тишина. Она очаровала всех, и даже Уксен перестал ворчать.

Уксен.

Нет, об этом сейчас думать нельзя.

Он тихо выругался за рулем, когда след впереди вдруг оборвался. Дорога стала слишком твердой. Быстро выйдя из машины, Фредрик опустился на колени.

Нет.

Черт.

Лужа у самого съезда на Гамле Хурдалсвей вселила во Фредрика оптимизм, но на асфальте обнаружить следов не удалось.