– Ее телефон выключен. Последний раз она звонила Людвигу утром. Спросила, как взять машину.

– Машину? Нашу?

Двери лифта открылись.

– Да, с подземной парковки.

– А у нас есть?.. Машины можно как-то отследить?

– Увы, никак. А у тебя есть новости? Что по мальчикам?

– Следов пока нет, но там все под контролем. Местные полицейские неплохо работают. «Красный Крест» организовал поиски, к родителям направили психологов.

Анетте кто-то позвонил, но она отклонила вызов. Мунк увидел свое отражение в зеркале. Несвежий, измотанный – вид у него был такой, словно он давно уже не ел и не спал, что, в общем, было близко к реальности. Жалко, что он не успел покурить перед тем, как они зашли в здание.

– Он уже в комнате для допросов.

Анетте показала рукой с телефоном в конец коридора.

– Он сам захотел говорить с нами?

– Да. Его адвокат позвонил. Сказал, что его подзащитный располагает интересной для нас информацией, которую он сообщит, если мы сможем быть для него полезными.

– То есть он хочет, чтобы с него сняли обвинения в торговле таблетками?

– Примерно так.

– А это возможно?

Анетте немного задумалась.

– Может быть. Надо поговорить с прокурором.

– Хорошо, звони ему, – пробурчал Мунк, заходя в комнату.

Сегодня Франк Хельмер выглядел бодрее и ухоженнее, чем в прошлый раз, словно готовился к суду присяжных. Рубашка, пиджак, волосы зачесаны назад. Он вежливо кивнул Мунку и встал, когда тот вошел.

– Ладно, чего вы хотите? – вздохнул Мунк, опустившись на стул.