– Мой клиент, – начал адвокат, но Мунк отмахнулся от него.

– Я хочу услышать от вас, напрямую.

– Ну, – начал Хельмер, проведя пальцем по воротнику рубашки и бросив взгляд на адвоката. Тот снова взял слово.

– Мы так поняли, что у моего клиента есть полезная для вас информация.

– Да что вы говорите? Вы думаете, что это полезная нам информация? Что ваш клиент с большой вероятностью знает, кто жестоко убил четырех маленьких мальчиков, а также, по-видимому, держит в плену еще двоих? Вы этого хотите, Франк? Две жизни на вашей совести?

Хельмер потел – ему явно было некомфортно.

– Я…

И снова встревоженный взгляд на адвоката.

– Мы предлагаем, – кашлянул изворотливый, как угорь, адвокат. – Полностью закрыть дело против моего клиента, и чтобы он получил внушительную сумму возмещения ущерба, а также официальные извинения за нападение…

Вдруг в дверях показалась голова Анетте с телефоном у уха.

– Ты должен это услышать.

– Сейчас? Ты серьезно?

– Совершенно серьезно.

Мунк вышел в коридор, она улыбнулась, протянув ему телефон.

– Алло? Кто это?

– Привет, Мунк, это Анья. Анья Беличек. Я знаю, кто убийца.

Полячка говорила без передышки.

– У моей сестры в школе была подруга, которая потом пропала, неизвестно куда. Я тогда подумала, что ее положили в Гаустад, и сейчас она наконец нашлась, живет в квартире, где раньше жили мы. Неважно. Я спросила ее про Лёренскуга и Хельмера, видела ли она газеты, помнит ли их. И она подтвердила. А потом я спросила, не помнит ли она кого-нибудь, кто может быть связан с ними. И она сказала, что странно, что я спросила это, потому что она как раз только что думала о…