Ствол «стечкина» уперся в мокрый от крови висок Сарматова. Дрожащей рукой Метлоу нажал на спусковой крючок, но вместо грохота выстрела раздался сухой щелчок. Убедившись в том, что магазин пистолета пуст, американец стал лихорадочно перетряхивать рюкзак в надежде найти патроны. На речную гальку вывалились куски сушеного мяса, консервы, пачки долларов. Патронов не было. Полковник схватил пулемет, но и его рожок был пуст. Размахнувшись, он бросил пулемет в реку и присел рядом с майором на корточки, всматриваясь в его лицо, обезображенное рваными полосами запекшейся крови.

Сарматов метался в бреду, выкрикивая громко и отчетливо:

– Вертолеты!.. Вертолеты!.. – и вдруг, словно придя в себя, сказал Метлоу: – Как тогда, в Анголе, помнишь? Это ведь был ты?! Ну признайся, янки, тогда в джунглях это был тоже ты? Я знаю… – И снова провалился в небытие…

Метлоу, сцепив зубы, чтобы не закричать от бессилия, тихо шепнул в ответ:

– Да, Сармат. Ты угадал… Только тогда ты их сделал. А теперь они тебя…

Средний Дон 14 сентября 1985 года

Средний Дон

14 сентября 1985 года

Сухо шелестело от ветра степное разнотравье. Тихо поскрипывал рассохшийся деревянный крест.

– Такие вот, значит, дела, дед. – Сарматов тяжело вздохнул и сел прямо на землю. – Не судьба, видно, тебе была правнуков потетешкать.

Где-то высоко в небе заливался, сыпя трелями, жаворонок. Сарматов открыл сумку, достал оттуда бутыль с мутноватой жидкостью, пару вареных картофелин, луковицу, шматок сала и краюху душистого деревенского хлеба.

– Вот, дед, в отпуск приехал, – откупорив бутыль, Сарматов налил самогон в две стопки. – А ты… Чего ж ты не дождался? Али спешил куда?

Вокруг звенела тишина. Только жаворонок продолжал заливаться в голубом безоблачном небе да шелестела некошеная степная трава.

Опрокинув стопку, Сарматов закусил куском хлеба с солью.

– А я, дед, девушку встретил, – пробормотал он. – Хотел написать тебе про нее, да не смог вовремя. А потом уж поздно было. Потерял. Сам, дурак, потерял, по своей вине. Другой такой уж не найти. Но служба у меня такая – не до женитьбы. Как, дедуль, выпьем еще по одной? Хорош у тебя первач, ничего не скажешь.

Жаворонок внезапно смолк, уступив эфир тихому гулу мотора. Сарматов, не обращая внимания на это, выпил махом вторую стопку и закусил, хрустнув луковицей. Гул все нарастал, и скоро высоко в небе показалась тяжелая пузатая «стрекоза».

– А звали эту девушку… – Сарматов вдруг осекся. – Хотя какая разница, как ее звали. Все равно уж теперь… Господи, и что за жизнь такая у нашего брата казака собачья? Или это только у меня? Ну почему всех близких обязательно надо растерять?..