Питер дернул пояс своих джинсов. Они были слишком тугими, слишком стягивающими, слишком горячими. Он хотел… На самом деле он больше не знал, чего хочет.

– Лето было адским, – пробормотал он, двигаясь вдоль забора.

Он скучал по тете Сильвии и дяде Джейсону. Когда двое старших погибли, у него и Розы, казалось, не осталось другого выбора, кроме как стать взрослыми вместо них.

Внезапно ему захотелось завыть, но вместо этого он дал волю своим чувствам, орудуя секатором. Может, начать жить за пределами стаи, как Колин? Но Питер почти сразу отбросил эту мысль. У Колина не было близнеца, а Питер не мог представить свою жизнь без Розы.

Брат и сестра едва не бросили одиннадцатый класс, когда расписание занятий составили так, что они оказались разлучены на бо́льшую часть дня. Школьный консультант, отказавшись менять расписание, понятия не имела, как сильно рисковала быть укушенной. Она сказала, что близнецам пора освободиться от нездоровой эмоциональной зависимости.

Питер срезал несколько ромашек, орудуя секатором, как ножницами.

«Много она знает. Может, если бы у людей развилась небольшая эмоциональная зависимость, мир не был бы таким хреновым».

Приближающийся звук мотора заставил Питера подойти к забору, туда, откуда он мог рассмотреть водителя. Черно-золотой джип, поравнявшись с ним, замедлил ход, остановился в нескольких футах от дороги, затем дал задний ход, разбрызгивая гравий. Тот самый джип, который был припаркован в конце дороги воскресным утром, когда Питер пошел к почтовому ящику, чтобы привести Мрака. Волоски на шее Питера встали дыбом. Он отложил секатор и перепрыгнул через забор. Пора выяснить, почему парень околачивается поблизости.

Марк Уильямс не мог поверить в свою удачу. Мало того что прямо у дороги, рукой подать, появился вервольф, так к тому же это был один из рыжих. Один из молодых рыжих. А по его опыту, подростками можно легко манипулировать, сделать так, чтобы они повели себя импульсивно, безрассудно.

Даже в джинсах и кроссовках существо обладало волчьей грацией. На глазах у Марка оно перепрыгнуло через забор, а когда направилось к машине, он удостоверился, что это – другая ипостась того животного, которое он видел вчера у почтового ящика. Посадка головы, выражение настороженного любопытства были одинаковыми, если учесть разницу человеческого и волчьего обличий.

Марк опустил окно, уже решив, как воспользоваться случайной встречей. Он всегда верил, что лучше всего у него получается импровизировать.

– Ты один из Хиркенсов?

– Да. И что с того?

– Возможно, в последнее время ты замечал меня поблизости.