И тут Дэниел расплакался, бросился к матери и зарылся лицом в ее юбку.

– Питера убьют!

Юбка не могла заглушить рыданий шестилетнего ребенка, который мало что понимал в происходящем.

Селуччи посмотрел на Дэниела, который, казалось, обладал сверхъестественной способностью возвращать внимание к важным вопросам, затем взглянул на Розу.

– Ты можешь позволить мне самому это уладить? – мягко спросил он.

Она с нарастающей паникой покачала головой.

– Вы не понимаете.

– Вы не можете понять, – добавила Надин, обняв Дэниела так крепко, что он начал корчиться в ее объятиях.

Селуччи увидел боль в глазах пожилой женщины, боль, которая резала и скручивала ее и будет терзать гораздо дольше, чем ее возможно было терпеть. От его решения зависело, будет ли Роза страдать от такой же боли.

– Карл Бин выступал в составе сборной по стрельбе на Олимпийских играх. Его племянник, Марк Уильямс, водит черно-золотой джип.

Роза широко распахнула глаза.

– Если это он разговаривал с Питером сегодня днем…

Она развернулась, ее сарафан упал на пол, и Туча вылетела из кухни в ночь.

– Роза, нет!

Не обремененный необходимостью перекидываться, Генри помчался за ней, прежде чем Стюарт, все еще с вызовом смотревший на Селуччи, успел среагировать.

«Господи Иисусе! Никто не может двигаться так быстро!»

Генри исчез в ночи, и Селуччи, схватив Стюарта за руку, рявкнул:

– Подождите! Нужно, чтобы вы показали мне дорогу к ферме Карла Бина!

– Отпусти меня, человек!

– Черт возьми, Стюарт, тот тип вооружен. Однажды он уже вывел Генри из игры. Если вы просто ворветесь на ферму, вас всех перестреляют. На моей машине мы можем добраться туда раньше тех двоих.