Туча упала на пол, дрожа от желания добраться до своего близнеца, но не в силах ослушаться. Когда Генри поднял голову, ему в лицо смотрели два ствола дробовика.

– Значит, он еще жив, вот как? – И дробовик, и смех дрожали. – Я не чувствовал сердцебиения. Ты уверен?

Генри слышал, как медленно, с трудом, бьется сердце Шторма, чувствовал, как кровь изо всех сил пытается течь по венам, скованным ядом. Фицрой позволил пробудиться собственной жажде крови.

– Я знаю жизнь, – сказал он, делая шаг вперед. – И я знаю смерть.

– Да? – Марк облизнул губы. – А я знаю Бо Джексона[23].Он у меня гостит.

Генри улыбнулся.

– Нет.

Вампир. Князь тьмы. Дитя ночи. Все это отразилось в улыбке Генри.

За спиной Уильямса был стол, отступать было некуда; Марку оставалось только стоять на месте. Пот бисеринками выступил у него на лбу и потек по носу.

К нему шел демон, которого он застрелил в лесу. С виду человек, но в выражении его лица не было ничего человеческого.

– Я… я не знаю, кто ты, – пробормотал он, стараясь не выпустить дробовик из дрожащих пальцев. – Но я знаю, что тебя можно ранить.

Еще один шаг – и стволы оружия окажутся под таким углом, что Туча окажется вне линии огня.

«Еще один шаг, – сказал себе Генри, разжигая голод яростью, – и эта тварь моя».

Он поднял ногу.

Дверь сарая с грохотом распахнулась, ударившись о стену, нарушив живописную картину.

– Брось оружие! – скомандовал Селуччи с порога.

Стюарт рядом с ним прорычал на несколько голосов. Вервольф с огромным трудом удержался от броска, хотя Туче все еще угрожала опасность, и это усилие послало дрожь по его спине. Вой Тучи заставил его выпрыгнуть из машины еще на ходу; не успев задуматься, он ворвался в сарай в человеческом обличье, в одежде, которая мешала ему перекинуться.

Ствол дробовика опустился, затем снова поднялся.

– Вряд ли я его брошу.

– Что, черт возьми, здесь происходит? – вопросил Карл Бин, направляя винтовку на двух мужчин, стоящих в открытых дверях.