Павел собрался идти, но Велико его остановил:

— Получены ли материалы к предстоящему учению? — спросил он, не выдавая своего волнения.

— Еще вчера.

— Совещание с командирами и начальниками штабов частей состоится в десять часов в малом зале. Приготовь документацию, — отдал распоряжение генерал, не отводя глаз от окна. — Это дело исключительной важности.

Туман на горных вершинах уже рассеялся. Только самая высокая вершина еще была закрыта тяжелым облаком.

«Опять будет дождь!» — подумал Велико и потер виски.

Ночь Драган провел на деревянной лавке перед домом. Оторванный от мира, он узнавал новости из рассказов своих детей или из приемника, который забывал выключить.

Только сам Драган мог наиболее точно определить свое состояние. Ему объявили мат, и он решил после этого, что сопротивление бесполезно. И тем более незачем пытаться увернуться от удара, если удар наносят свои. Он считал ниже своего достоинства признать себя виновным, так же как утверждать, что он вовсе не виновен. Драган отдал делу все силы, и, как напоминание об этом, остались скованные параличом рука и нога и затрудненная речь.

В последние годы много людей приходило к нему, но Драган встречал и провожал их, не проронив ни слова. К себе подпускал только Венету и Огняна. Когда он узнал о том, что жена его сына сбежала, бросив детей, он гневно махнул здоровой рукой и с трудом выговорил:

— Они и мои дети!

Он заставил жену побелить одну из комнат свежей известью и набрать самого лучшего винограда, чтобы встретить их.

Но Огнян не привел детей.

«Вот упрямый человек!» — думал о нем Драган. Виноград остался нетронутым на столе. Только осы в течение нескольких дней высасывали сок из янтарных гроздьев.

Однажды вечером Драган сел в свою инвалидную машину и привез к себе внуков, захватив и их постельки.

— Бросили их, словно они сироты. При живых родителях некому даже подать им стакан воды. Совсем с ума все сошли! Люди без совести, без сердца. Вместо того чтобы думать головой, они... — Он недоговорил. Жена стояла в дверях и делала ему знаки, чтобы он замолчал. Прошло то время, когда только он имел право говорить. Теперь она была хозяйкой положения, и он ей подчинился. Драган замолчал, но его помутневший взгляд выражал яростный протест. Он взял палку и весь день пропадал в лесу около виноградника.

Ему трудно было примириться со взглядами молодых на жизнь.

Еще тогда, когда Огнян привез жену с самой границы, Драган заметил в ее глазах какой-то особенный блеск, присущий своенравным женщинам. Он не сказал ни слова, потому что верил в сына. А когда за три года она родила двух детей, он уже больше и не присматривался к ней. От пожилых людей слышал, что женщина успокаивается после рождения второго ребенка. Однако и на этот раз Драган обманулся. В последнее время слишком много неудач преследовало его, но он сопротивлялся им из последних сил.