— Еще бы! Тысяча лет это уж слишком даже для якобы безупречных Лакландеров, — сухо заметил Аллейн.

— Мисс Кеттл утверждает, что ни в их прошлом, ни настоящем не было даже намека на нечто недостойное.

— А когда же ты успел столь обстоятельно побеседовать с сестрой Кеттл?

— Вчера вечером, мистер Аллейн. Когда вы были в кабинете, мисс Кеттл рассказывала, что полковник был настоящим джентльменом старой школы и все такое. И еще она упомянула, что они с пожилой леди как раз обсуждали этот вопрос после обеда. — Фокс замолчал и, почесав подбородок, задумался.

— Какой вопрос?

— Ну, о предначертании аристократии и тому подобном. Вчера это показалось неважным, потому что тогда никакой связи с Лакландерами еще установлено не было.

— И что дальше?

— Мисс Кеттл упомянула мимоходом, что ее светлость говорила, что… как бы получше выразиться… что noblesse oblige[44], и явно была чем-то расстроена.

— И чем именно?

— Об этом она не говорила.

— И ты думаешь, что она переживала из-за неизбежного скандала, который разрушит безупречную репутацию Лакландеров после опубликования седьмой главы?

— Думаю, что да, — ответил Фокс.

— Похоже на то, — согласился Аллейн, когда они свернули к Нанспардону.

— Потрясающая дама!

— Ты говоришь о ее характере, позиции в обществе или «тучности», выражаясь языком мистера Финна?

— Фунтов двести сорок, — задумчиво произнес Фокс. — Держу пари, что сынок располнеет в ее возрасте не меньше. Видно, что он к этому предрасположен.

— И к тому же на редкость неприятен в общении!

— А вот миссис Картаретт вряд ли так считает.

— Мой дорогой, как ты наверняка заметил и сам, он единственный, не считая супруга, мужчина в округе, который не просто ее замечал, но и всячески это демонстрировал.

— Значит, вы не думаете, что она в него влюблена?