— Нет.

— Забыл спросить… А как там Алла?

— С ней все в порядке, — ответил я после паузы.

— Вы с ней так и остались вместе?

— Ну да.

— Ясно, — сказал гость и вновь глубоко вздохнул.

После этого он замер и лежал не шелохнувшись. Уж не знаю, спал или притворялся.

Я же, к своему неудовольствию, окунулся мыслями в наше общее с ним прошлое…

Мы с Носовым учились во ВГИКе. На режиссеров. Алла была студенткой актерского факультета — параллельного нашему. Почти с самого начала обучения наши факультеты тесно сотрудничали: режиссеры ставили учебные сценки, естественно, с помощью однокашников-актеров. Носов, как он сам мне потом рассказывал, влюбился в Аллу с первого взгляда. И тут же предложил ей главную роль в первой же своей ученической сценке — кажется, фрагменте «Грозы» Островского. На какое-то время Носов и Алла сблизились. Он завел обыкновение провожать ее домой после занятий. Вроде бы они виделись и по выходным…

Но тут внезапно вмешался я. Я тоже влюбился в Аллу, хотя и не сразу. До поры до времени я ее как будто не замечал. Пожалуй, прежде всего из-за того, что о ней без конца трещал Носов. Носова я считал (и, по-моему, справедливо) человеком, начисто лишенным какого-либо вкуса. Так что первое время я с постыдной опрометчивостью полагал, что предмет его страсти не может иметь никаких достоинств. Я даже не давал себе труда как следует вглядеться в этот предмет…

Но однажды-таки вгляделся. Как-то раз — не вспомню уж, при каких обстоятельствах, — мы с Аллой остались наедине на полчаса в пустом вгиковском коридоре. То ли какого-то преподавателя ждали, то ли еще что… Естественно, почти сразу мы заговорили о Носове.

— Носов от вас без ума, — серьезно поведал я Алле.

— Да, я знаю, — спокойно ответила она, потупив глаза.

— И есть от чего! — неожиданно для себя самого выпалил я.

Девушка подняла на меня огромные красивые глаза — немного печальные, как мне показалось.

— Вы так думаете? — с интересом спросила она.

— Конечно, — почему-то прошептал я и, по-моему, покраснел. — А как, кхм, как он вам? — быстро добавил я, чтобы скрыть смущение.

— Он хороший, — сказала Алла.

А я возликовал. Уже тогда я понимал, что когда красивая девушка говорит про кого-то: «он хороший», значит, у этого «хорошего» нет никаких шансов на роман с ней.

«Однако почему я ликую? — мысленно пожурил себя я. И тут же себе признался: — Да потому что эта Алла — великолепна, восхитительна… Как же я раньше этого не замечал?!»