* * *

Прошло уже пятнадцать лет, но тайна двойного убийства в маленьком доме на берегу моря до сих пор не раскрыта.

Пятнадцать лет — большой срок, и я не был уверен, что найду кого-нибудь из тех, кто в то лето 1991 года оказался на вилле, где произошли эти два убийства. Но мне повезло: я нашел четверых. Они жили в разных странах. Я не поленился съездить к ним, внимательно выслушал, записал их рассказы. Я, конечно же, не принимал на веру все, что они говорили: кто-то мог о чем-то умышленно умолчать, кто-то — просто что-то забыть, пятнадцать лет — большой срок. Показания одних иногда противоречили рассказам других. Кроме того, среди них вполне мог оказаться тот, кто совершил одно или два убийства или, по крайней мере, был в них как-то замешан, либо заинтересован.

Свидетель первый. Борис Аристов, актер. Мы встретились с ним в Москве, куда он приехал на озвучку сразу двух сериалов, в которых играл главные роли.

Свидетель второй. Елена Ирге. Летом 1991 года она была министром культуры тогда еще советской республики. Прошло почти пятнадцать лет. И она снова министр культуры. Только теперь уже независимой страны. Она встретила меня в своей загородной вилле, но перед тем как начать рассказать о событиях, участницей которых была, поставила два условия.

Условие первое. Никогда не будет названа страна, где произошли события. Я с этим согласился.

Условие второе. Никаких политических оценок и вообще никакой политики. Я снова согласился. Как ни странно, несмотря на то, что события происходили летом бурного и насыщенного политическими катаклизмами 1991 года, политические вопросы на героев этой истории никак не повлияли.

Третий свидетель, владелец пивоваренного завода Леонард Белый, принял меня в своем офисе в стране, которую я, как и договорился с Еленой Ирге, называть не буду.

С четвертым свидетелем, Адой Варме, я беседовал в холле отеля на берегу Средиземного моря. Она, как и тогда, в 1991 году, была красива и приветлива.

По просьбе Ады Варме я изменил имена всех участников. Все персонажи теперь названы по алфавиту, и поэтому искать в их именах принадлежность к какой бы то ни было национальности — пустая трата времени.

Начинаю со свидетеля Бориса Аристова.

Глава первая Съезд гостей

Глава первая

Съезд гостей

1. Нет повести печальнее на свете…

1. Нет повести печальнее на свете…

Свидетель Борис Аристов, актер

Из театра меня выгнали.

А начиналось все прекрасно: хорошие роли, статьи в местной газете, встречи со зрителями. Все испортил режиссер Игорь Викентьевич Смольников. Он только что вернулся из творческой командировки в Европу и был полон идей.