Собеседница продолжала:

— Как я могу с Вами как можно скорее встретиться? Я понимаю, что директора корпорации что-то предпринимают, и боюсь потерять каждый день. Знаю, что наследство оформить нужно в течение какого-то срока, и боюсь пропустить этот срок.

— Когда умер Ваш муж?

— Тридцать октября этого года.

— Значит, принять наследство нужно до тридцатого апреля. Время еще есть, и много.

— Я очень волнуюсь.

— Хорошо, давайте встретимся сегодня. В девятнадцать часов.

— Спасибо!

— Они уже ждут Вас в переговорной, — сообщила Ира в шестнадцать пятьдесят.

— Кто они?

— Юлия Валерьевна Комина с мужем.

— О как! — немного удивился Станислав. — Ну хорошо.

И задумчиво добавил:

— Надо же, какое все-таки спешное у нее обращение.

Он прошел через приемную в переговорную. Ира доложила:

— С ней ещё ее муж, Докин Виталий Павлович.

Станислав зашел в переговорную. С порога он сразу увидел красивую, но явно озадаченную (может быть даже — встревоженную) женщину — блондинку, яркую, как говорят — эффектную, но одновременно солидную и представительную. Цвет волос очень осветлял ее образ и делал его еще более привлекательным. Волосы непослушно ниспадали по ее плечам, крупными завитками укладываясь на них, особенно — когда она уверенным величавым жестом поправляла их. Во всем ее облике чувствовалась уверенность и решительность, но совершенно без пафоса и высокомерия. И тем более щемяще ощущалось, что этой даме сейчас очень нужна даже не только помощь, но и защита.

Хорошо, что рядом с нею находился муж; Белогоров заметил, что дама полагается на него и как бы даже опирается на него. Выглядел он скромно — явно скромнее своей жены — но очень солидно, и очень чувствовалось, как он внимателен к жене.

— Здравствуйте, Юлия Валерьевна, — сказал Станислав.