— Здравствуйте, Станислав Владимирович, — ответила, улыбаясь, дама, приподнялась и пожала протянутую адвокатом руку. — Это мой муж, Виталий Павлович.

— Здравствуйте, Станислав Владимирович, — сказал ее муж, поднявшись со своего кресла, выйдя из-за стола и протягивая руку адвокату.

Станислав пожал его руку, говоря:

— Здравствуйте.

Потом мужчина продолжил, обращаясь к жене:

— Юленька, я подожду тебя в холле.

— Виталий, останься! — почти с мольбой сказала дама, стараясь ухватить мужа за руку, но тот сказал:

— Юленька, с тобой все будет хорошо!

И, улыбнувшись, нежно поцеловал ее и добавил:

— Я здесь — я рядом. Я подожду тебя в холле.

После этого он вышел из переговорной. Станислав тем временем расположился за столом напротив дамы, положил перед собой лист бумаги и взял ручку.

Смотря на свою собеседницу, Станислав видел даму с умными, но грустными глазами, может быть — уставшими.

Дама собралась, привычным величественным движением откинула свои прекрасные волосы — и сосредоточилась на молчании. Станислав тоже молчал.

Наконец, дама собралась с силами и начала говорить:

— Я не знаю, что рассказать первым — факты или чувства.

— Если чувства вызваны фактами — то факты.

— Одиннадцать дней назад, тридцать первого октября, умер мой бывший муж — Геннадий Максимович Комин.

Станислав, разумеется, уже навел справки о том, кто такая Юлия Валерьевна Комина, но сейчас даже виду не подал, что знает об этом.

Дама продолжала:

— У нас с ним была непростая жизнь, и мы расстались по взаимному согласию, когда я поняла, что работу он любит больше, чем семью, а отдыхает от работы с любовницей. Классическая история — мы дождались совершеннолетия сына и оформили развод. Он всем обеспечил нас с Ромой, просил никак не препятствовать ему в общении с сыном и просил не делить имущество, потому что бизнес завязан на его активах. Пообещал, что если соберется жениться вновь, то сам поднимет вопрос о разделе и выплатит компенсацию; зная его честность, я поверила. В сентябре он сам сказал, что вроде бы собирается жениться и что подготовит проект соглашения о разделе совместно нажитого имущества. И потом вдруг так неожиданно умер. Странно как-то умер — от неожиданного сердечного приступа. Мне как его бывшей жене никакой информации не дают, пробовала как мать его сына получить информацию — тоже отказали. С сыном тоже не хотят разговаривать, отделываются от него под любыми предлогами. Там всем заправляют топ-менеджеры его компании. Наследственное дело было открыто нотариусом, обслуживающим компанию, через 2 дня после смерти Гены, вроде бы по заявлению компании как кредитора — как-то так мне объяснили. Даже наследство я от имени Ромы не смогла принять. И никакой информации не дают. Я чувствую, что меня обманывают, но не понимаю, в чем. Все адвокаты, с которыми работал Геннадий, связаны с компанией, я уверена, что к ним бесполезно обращаться.