— Может, она была достаточно умной, чтобы сообразить, что ее необычная скрытность именно таким образом будет понята другой умной женщиной?

— Этакий двойной обман? Не думаю. Слишком рискованная ставка на сообразительность полиции.

Она спокойно признала, что не имеет алиби на весь отрезок времени с семи часов, когда двойняшки взяли бутылку молока из кухни, и до без десяти девять, когда она присоединилась к главной сестре и мистеру Кортни-Бриггзу в гостиной мисс Тейлор, ожидавшим приезда мисс Бил, а лишь на тот промежуток с восьми до восьми двадцати пяти, когда она завтракала за одним столом с сестрой Брамфетт и сестрой Гиринг. Первой ушла из-за стола сестра Брамфетт, а она последовала за ней примерно в восемь двадцать пять. Сначала она прошла в свой кабинет рядом с демонстрационной, но, обнаружив, что он занят мистером Кортни-Бриггзом, тут же направилась в свою комнату на четвертом этаже.

Когда Дэлглиш спросил, не было ли чего-то необычного в поведении сестры Гиринг и сестры Брамфетт за завтраком, она сухо ответила, что они не проявили никаких признаков начинающейся мании убийства, если его интересует именно это. Гиринг читала «Дейли миррор», а Брамфетт — «Нёрсинг таймс», если это имеет для него какое-нибудь значение, а разговаривать они почти не разговаривали. Она сожалела, что не может представить свидетелей, которые подтвердили бы ее собственные передвижения до и после еды, но это, очевидно, вполне объяснимо: вот уже много лет она предпочитает мыться и ходить в уборную без свидетелей. Кроме того, она дорожит свободным временем перед началом рабочего дня и предпочитает проводить его в одиночестве.

— Вы не удивились, — спросил Дэлглиш, — обнаружив мистера Кортни-Бриггза в своем кабинете, когда зашли туда после завтрака?

— Не очень. Я приняла как само собой разумеющееся, что он ночевал в общежитии для врачей и пришел в Дом Найтингейла пораньше, чтобы встретить инспектора ГСМ. Вероятно, ему нужно было где-то написать письмо. Мистер Кортни-Бриггз считает, что имеет право использовать любое помещение в больнице Карпендара как свой личный кабинет, когда ему вздумается.

Дэлглиш спросил, где она была накануне вечером. Она повторила, что ходила в кино одна, но на этот раз добавила, что на обратном пути встретила Джулию Пардоу и они дошли до больницы вместе. Они прошли через Винчестерские ворота, от которых у нее есть ключ, и добрались до Дома Найтингейла в самом начале двенадцатого. Она сразу же прошла в свою комнату и никого не видела. А Пардоу, наверное, тут же пошла спать или присоединилась к остальным ученицам в студенческой гостиной.