— Ты кто будешь?

— Меня зовут Адам Дэлглиш. А тебя как?

— Мораг Смит.

— Я слышал о тебе, Мораг. Ты, должно быть, вернулась в больницу вечером.

— Ну да. А мисс Коллинз — нате вам, пожалста, — велела мне тут же явиться в сестринское общежитие. Я уж просилась, коли нельзя оставаться в Найтингейле, так чтоб позволили вернуться во врачебный корпус. Так нет, куда там! Нечего и думать! Слишком хорошо ладила с врачами. Так что ступай в общежитие, и все тут. Помыкают тобой как хотят, это точно. Я просилась поговорить с главной сестрой, так сестра Брамфетт сказала, что ее, вишь ли, нельзя беспокоить.

Она прервала перечисление своих горестей, чтобы подкрутить фитиль в фонаре. Стало светлее. Прищурившись, посмотрела на него.

— Адам Дэлглиш. Чудное имя. Небось новичок здесь, а?

— Я приехал только сегодня утром. Наверно, тебе уже рассказали про Фэллон. Я — сыщик. И приехал сюда, чтобы выяснить, отчего умерли Фэллон и Пирс.

Сначала он подумал, что это известие вызовет новый приступ рыданий. Она разинула рот, потом, передумав, судорожно глотнула воздух, и рот резко закрылся.

— Я не убивала ее, — угрюмо произнесла она.

— Кого? Пирс? Конечно, нет. С какой стати?

— А тот, другой, так вовсе не думал.

— Кто другой?

— Ну, тот инспектор чертов, инспектор Билл Бейли. Я же видела, чего он думает. Всякие там вопросы задает, а сам с тебя глаз не спускает ни на минуту, черт побери. «Что ты делала с утра, когда встала?» Чего он, черт побери, думает, я могла делать? Работала! Вот чего делала. «Нравилась ли тебе Пирс?» «Может быть, она плохо обходилась с тобой?» Пусть бы только попробовала! Да я и не знала ее вовсе. Еще ж недели не прошло, как меня прислали в Найтингейл. Но видела, чего он все добивался. Все они одинаковы. Только и думают, как бы обвинить бедную горничную, черт бы их всех побрал.

Дэлглиш прошел внутрь хибары и уселся на лавку возле стены. Ему все равно надо было допросить Мораг Смит, так какая разница, когда это делать.

— Знаешь, — сказал он, — я думаю, ты не права. Инспектор Бейли не подозревал тебя. Он мне сам говорил.

Она насмешливо фыркнула:

— Нашел кому верить, полицейским. Тебя что, твой папаша жить не учил? Он как пить дать подозревал меня. Этот чертов боров Бейли. Мой-то папаша мог бы порассказать тебе кое-что про полицию.

Несомненно, в полиции тоже могли бы многое рассказать о папаше, подумал Дэлглиш, но решил не развивать эту тему, она не сулила ничего хорошего. Само имя Бейли вызывало у Мораг желание ругаться, и она явно была настроена дать волю своему языку. Дэлглиш поспешил защитить коллегу: