Если мафия успешно избегает разоблачения и в конечном итоге претворяет в жизнь план не оставить в живых никого, она выигрывает. Наоборот, если личность мафии раскрыта, к преступнику сразу же применяется «высшая мера», а игра завершается победой мирных жителей. Очевидно, что по сравнению с ролью мирного жителя роль мафии гораздо более захватывающа. Однако в игре на восемь игроков обычно выбирается только один убийца – и неудивительно, что шансы вытянуть заветную карту невелики, а для молодой леди вроде Хуан Синь это огромный удар.
Хуан Минь не обращал внимания на раздражение сестры, но постоянно проверял, закрыты ли ее глаза, – как ведущий, он должен был проследить за тем, что все соблюдают правила. Затем со всей ответственностью отдал еще одну команду:
– Мафия просыпается.
В этот момент тот, кто вытянул карту мафии, открывает глаза.
Уголки рта Хуан Миня приподнялись в довольной улыбке: «Ага, оказывается, это ты!» Само собой разумеется, никто, кроме мафии, не увидел этого. Убийца беззвучно протянул зловещий палец и указал на кого-то из присутствующих. Хуан Минь мельком взглянул на цель, еще раз взглянул на убийцу и утвердительно кивнул. Тогда убийца хитро улыбнулся и, будучи полностью удовлетворенным, снова закрыл глаза.
Однако в соответствии со стандартной процедурой ведущий все же сказал:
– Мафия засыпает. – Затем он снова намеренно сделал паузу, прежде чем дать следующее указание: – Город просыпается; пожалуйста, откройте глаза.
Вновь прозревшие растерянно переглянулись. Разумеется, у всех был самый невинный вид. Чжу Хэ лениво потянулся и нарочно громко зевнул, как будто в самом деле проснулся ни свет ни заря.
Хуан Минь откашлялся и размеренно произнес:
– Прошлой ночью был жестоко убит мирный житель. И это…
Ведущий, казалось, мгновенно превратился в Мрачного Жнеца[7]. Он снисходительным взглядом скользнул по встревоженным лицам, прежде чем наконец остановиться на девушке, спрятанной за карточным замком.
– Милая Цзы, это ты.
Оглашение приговора вызвало небольшое волнение, и игроки изо всех сил старались продемонстрировать удивление на лицах. Человеку, который только что лично обрек на гибель Му Цзы, явно было нелегко изобразить эту эмоцию.
Затем в течение дня начинается обсуждение, во время которого мафии предстоит столкнуться лицом к лицу с первым испытанием, но в то же время для по-настоящему коварного игрока это еще и возможность, которой можно воспользоваться. В обычных обстоятельствах Му Цзы, сидящая слева от ведущего, должна была бы говорить первой. Однако поскольку она была «убита», очередь перешла по порядку к Чжу Хэ, сидевшему рядом с ней. В некоторых вариациях правил погибшему разрешено сказать «последнее слово», чтобы помочь разгадать личность убийцы – но на самом деле убитый ведь тоже не знает, кто совершил убийство, поэтому Ассоциация логики не приняла эту версию.
– В конце концов, это лишь первый раунд, и зацепок определенно недостаточно. – Бывший председатель нахмурился и сделал несколько глотков колы, практически опустошив стакан. – Однако выбрать милую Цзы первой целью действительно было неожиданно…
– Теперь, Чжу Хэ, у тебя есть право назвать одного игрока мафией, – сказал Хуан Минь официальным тоном. – Конечно, ты можешь и отказаться от этого права.
Обвиняемый будет выбран голосованием в конце дня. Как только количество голосов за него превысит половину от общего числа голосующих, он будет «казнен», и ему нужно будет раскрыть карту, чтобы идентифицировать себя. Если он окажется мафией, все останутся довольны, но, если обвинение будет ошибочным, мирные жители окажут себе медвежью услугу.
– Позвольте мне предположить, почему была убита милая Цзы… – Чжу Хэ ухмыльнулся и промокнул салфеткой колу, оставшуюся на губах. – Пока мы вытягивали карты, Цзы произнесла одну очень любопытную фразу. Возможно, именно потому, что она случайно сказала правду, ее и заставили замолчать.
Чжу Хэ не назвал имени, но все понимали, кого он имеет в виду.
– Вот глупость! – стала отпираться Хуан Синь.
– Тишина! – строго прервал ее брат. – Запрещено высказываться без разрешения. Чжу Хэ, ты уверен, что хочешь обвинить Синь?.. Хорошо, я понял.
Как нарочно, очередь перешла к Хуан Синь. Лицо девушки было суровым, а губы сжались в тонкую нить.
– Разве ты только что не хотела что-то сказать? – спросил Хуан Минь. – Теперь можешь спорить сколько душе угодно.
Его сестра стиснула зубы и взглянула на него самым холодным взглядом, а затем отвернулась и, ни на что не обращая внимания, начала болтать оливку в своем мартини.
Хуан Минь с горькой улыбкой повернулся к следующему человеку: мол, Бай, давай, твоя очередь.
– Если мы сейчас дружно обвиним Синь, то поступим опрометчиво. Хотя нельзя не отметить, что мотив, изложенный Чжу Хэ, звучит очень логично, – сказал Бай Личан. – На месте Синь, если б я был мафией, поступил бы так же.
– Значит, ты тоже не собираешься выдвигать других подозреваемых?
– Не-а.
В отличие от Бай Личана, уходящего от четкой позиции, дабы не обидеть обе стороны, Цзинь Сысы была гораздо более откровенна:
– По-моему, совсем неудивительно, что Синь убийца.
– Пожалуйста, позвольте мне сказать. – Лань Сююй с серьезным видом поднял руку.
– Говори, – кивнул Хуан Минь.
– Да, сегодня я не раз вытаскивал карту убийцы. Но с точки зрения теории вероятности события, которые произошли в прошлом, никак не влияют на текущий расклад.
– Если, – хихикнула красавица, – ты не оставил на этой карте никакой тайной
Как и ожидалось, он приложил все усилия, чтобы оправдать девушку, сообщив следующее: если Хуан Синь и в самом деле мафия, то убийство Му Цзы первой только вызвало бы лишнее подозрение, так что она не стала бы рыть себе могилу.
– А если убийца кто-то другой? Тогда этот незначительный эпизод, случившийся в процессе вытягивания карты, стал для убийцы подарком, дарованным небесами. А это значит, что цель убийцы – не просто убить милую Цзы, а, что более важно, подставить Синь, чтобы гарантировать себе безопасность.
Справедливости ради, в словах Лань Сююя была логика.
– Если уж на то пошло, – добавил Хуан Минь, – ты собираешься указать на кого-то?
– Это нерационально, Чжу Хэ. – Лань Сююй легонько постучал по столу. – Всего лишь первый раунд, а тебе уже не терпится выдвинуть обвинение… Конечно, если ты сам и есть мафия и надеешься уменьшить количество выживших, в этом есть смысл.
Лю Цинь Люй, говорящая последней, решила избрать для себя относительно консервативную стратегию.
– Пока не будет более убедительных доказательств, не следует выдвигать догадки, – кратко отметила она.
– Первый этап голосования, – заключил Хуан Минь. – В число обвиняемых входят Чжу Хэ и Синь, но голосовать за двух человек одновременно нельзя. К настоящему времени в живых остались шестеро, поэтому четырех голосов будет достаточно для вынесения обвинительного приговора. Итак, те, кто согласен, что Чжу Хэ – убийца, пожалуйста, поднимите руку.
Единственным, кто поднял руку, был Лань Сююй. Он заискивая посмотрел на Хуан Синь с фирменной неотразимой улыбкой. Однако та все еще была зла и даже не взглянула на него.
– Один голос не считается, – заявил Хуан Минь.
Затем состоялось голосование по обвинению Хуан Синь. Чжу Хэ был первым, кто проголосовал за, а среди тех, кто колебался, оказались Бай Личан и Цзинь Сысы. В конце концов Бай Личан поднял руку, но красавица все же воздержалась. Однако, даже если б ее голос был учтен, трех голосов было бы недостаточно для выполнения правила большинства.
– Долгий день подходит к концу… – Хуан Минь глубоко вздохнул и снова произнес: – Город засыпает, прошу закрыть глаза.
Жителем, убитым во вторую ночь, стал Чжу Хэ. Погибшие обязаны хранить молчание. Чжу Хэ чуть не лопнул от гнева. Но Му Цзы не возражала против другого «трупа» и сосредоточилась на строительстве карточного замка. Человек, сделавший ее первой целью, был довольно умным убийцей.
В этом раунде игроки высказывались в обратном порядке. Хуан Минь сначала спросил мнение Лю Цинь Люй.
– После того как Чжу Хэ обвинил Синь, он сразу же был убит… – Лю задумалась. – Но я думаю, что Синь не стала бы играть так очевидно. В этом случае, возможно…
Она многозначительно посмотрела на Лань Сююя. Последний в изумлении развел рукам.
– Так что, – сказал Хуан Минь, – ты собираешься обвинить Лань Сююя?
– Если я выдвину обвинение сейчас, мне придется проголосовать за него позже, да?
– Да, таков регламент.
– Тогда, – Лю Цинь Люй покачала головой, – я отказываюсь от права обвинять.
Но Лань Сююй, высказывавшийся вторым, выглядел несправедливо обвиненным.
– У меня не было мотива играть против милой Цзы, разве не так? И, Цинь, – он посмотрел на Лю Цинь с обидой на лице, – ты забыла, что убийцы, вообще-то, еще могут покончить с собой?
Это не самая распространенная версия игры, но в «Мафии», проводимой Ассоциацией логики, убийцы могут замаскироваться собственной смертью. Пока ее не раскроют, мафия может продолжать совершать преступления под видом убитой жертвы, не вызывая подозрений. С другой стороны, стоимость претворения в жизнь такой схемы весьма высока: требуется не только пожертвовать ходом, устраняя себя вместо одного из мирных граждан, но, что более важно, потерять право высказываться и голосовать. Так что для мафии «самоубийство» – это палка о двух концах. Когда ты не мастер, хорошо разбирающийся в этом деле, не следует даже пытаться.