– Когда в игру вступил Дэнни Шоу? – вдруг засуетился Эшворт. Может, он получил СМС от жены, интересовавшейся, где его черти носят. Прочитал его втихаря под столом.

Вера открыла глаза и села ровно.

– Аа, Дэнни Шоу, очаровательный бунтарь. И вор. Который никогда не ладил с мальчиками своего возраста и всегда хотел ошиваться с народом постарше. Если бы я была каким-нибудь соцработником, я бы, может, сослалась на конфликт с отцом, но, к счастью, я не увлекаюсь этим бредом. – Она остановилась, пытаясь сформулировать суть дружбы между Дэнни и Саймоном. – У Саймона было все, чего хотелось Дэнни: он ходил в пафосную школу в городе, его отец – успешный бизнесмен, и Саймон получил девушку, в которую Дэнни был влюблен. Но он не злился на Саймона. Он им восхищался. Чудно.

– И? – напирал Эшворт. – Я все равно не понимаю, зачем было его убивать.

Пожилая пара в углу встала из-за стола и, держась за руки, как подростки, медленно пошла на выход.

– Это потому, что ты не слишком сообразительный, дорогой. Ты не умеешь мыслить логически.

– Дэнни помог Саймону с убийством? – спросила Холли. – Он ведь работал здесь. Мог провести Саймона через турникет и к бассейну. Он слишком много знал.

– Верно! – Вера одобрительно хлопнула в ладоши, зная, что это подстегнет Эшворта.

– Но зачем ему это делать? – отпирался Эшворт. – Зачем становиться подельником в убийстве?

– Потому что он был молодой и глупый, – ответила Вера. – И любил рисковать. Потому что его герой попросил его о помощи.

«И, возможно, потому что он все еще винил Дженни Листер в том, что она расстроила его отношения с Ханной. Или, может, на тот момент он даже не знал, что Саймон собирается ее убить. Может, он думал, что это шутка, большая игра».

– Расскажи, что случилось в тот день на самом деле, – сказал Чарли, наклонившись вперед через стол. – Хватит этой психологической чуши.

– Дженни приходила сюда пару раз в неделю, чтобы поплавать перед работой. Не очень рано, но до начала тарифа «Эконом». Саймон хотел быть уверен, что она будет здесь в этот день, и договорился встретиться с ней на кофе, перед тем как она пойдет в бассейн. Конечно, он не появился. Он уже пересек черту глубоких осмысленных разговоров. Она переоделась, как обычно оставив вещи и сумку в шкафчике, и пошла в парилку, а Саймон ждал ее там.

– Его впустил Дэнни, – сказала Холли. – Мы знаем, что он накануне остался на ночь в отеле и был тут утром.

– Да, его впустил Дэнни. Очередной незаметный пловец. Кто бы его узнал? Саймон молодой и сильный парень, гребец. Он мог задушить ее, не издав ни звука. Конечно, всегда был риск, что кто-то его застукает, но, думаю, Дэнни стоял настороже. Опять-таки, кто обратит внимание на уборщика? Ты видишь ведро, швабру, комбинезон, но не замечаешь человека. Я нашла тело Дженни спустя час или около того, а до этого никто ее не заметил. За это время они оба могли убраться из отеля.

Вера откинулась на стуле. Подумали ли молодые люди о том, что сотворили? Или для них это был просто интеллектуальный вызов? Как какой-нибудь проект в университете?

– Саймон пошел в мужскую раздевалку, чтобы одеться, но, конечно, оставалась одна проблема. Сумка Дженни лежала в шкафчике в женской раздевалке. А в ее сумке – дневник, заметки. Возможно, что-то намекавшее на ее увлечение Саймоном. Решение было простым. – Вера посмотрела на команду, вновь став их учителем и наставником. – Кто-нибудь?

– Дэнни, – сказала Холли, опередив Эшворта. – У него был электронный ключ.

– Именно! Саймон убрался из отеля, как только смог. Он достаточно умен, чтобы не светиться. О Дэнни он не особенно беспокоился. Он оставил его забрать сумку и избавиться от нее, а записки принести ему в Барнард-Бридж. Но Дэнни стало любопытно. А кому не стало бы?

– И он заглянул в сумку, прежде чем выбросить ее?

– Конечно. И он оказался не таким крутым, как делал вид. Он не знал Барнард-Бридж и заблудился по дороге к дому. Он выбросил сумку в кусты рядом с Мэллоу-Коттеджем, а потом его увидела Конни.

К ним приблизился Райан Тейлор, чтобы убрать со стола. Все официанты уже ушли, и они были единственными гостями.

– Прости, дорогой, – сказала Вера. – Ты, наверное, хочешь домой. Просто вышвырни нас отсюда, когда будешь готов уходить.

– Не торопитесь, – произнес он. – Я сегодня ночую здесь.

Он щелкнул выключателем и погасил свет в комнате, оставив из освещения только одну пыльную люстру над их столом. Вера почувствовала себя актрисой. Ей всегда нравилось выступать перед публикой. Она обвела всех взглядом, убеждаясь в том, что все внимание приковано к ней. Может, на пенсии пойти в любительский театр. Хотя, наверное, играть вымысел не так весело.

Фоновую музыку уже выключили. Вера подумала, что все это напоминает скорее не театр, а огромные декорации для фильма, один из тех больших пыльных ангаров, где с помощью кусочков картона и обрезков бархата и шелка создаются иллюзии.

– Итак, Дэнни Шоу? Раз они были такими друзьями, почему Саймон его убил?

Эшворт потянулся через стол, взял бутылку Веры и налил себе большую порцию.

«Малыш Джоуи, – подумала Вера. – Что станет с твоей идеальной женой, если ты вернешься домой пьяный? Будешь всю ночь менять грязные подгузники».

– Дэнни начал полагать, что заслуживает больше, чем простая благодарность, за помощь в совершении убийства, – ответила она. – Может, он и этого не получил. Если бы Саймон не относился к нему с пренебрежением, думаю, он и не стал бы ничего требовать. Для него все это было вопросом дружбы.

«Он говорил о дружбе с Майклом Морганом. Майкл думал о своем и толком не слушал, потому подумал, что Дэнни имел в виду его. Самовлюбленный кретин. Пока я не спросила его об этом еще раз сегодня утром».

– Значит, Дэнни начал шантажировать Саймона? – произнесла Холли. Даже после недельного недосыпа и целого ведра алкоголя она выглядела бодрой и прелестной. Нет в жизни справедливости.

– Возможно, он делал это не так откровенно. Но в университете Бристоля учатся дети богатых родителей. И родители его девушки упакованы. Он хотел денег, чтобы вписываться в их круг. – Вера помолчала. – Думаю, он никогда никому бы не рассказал про Саймона, возможно, даже не угрожал этим, но Саймон не мог рисковать. В тот день он взял машину Дженни. Сказал Ханне, что сходит в супермаркет. Наверняка заехал в магазин на обратной дороге. Отличный покупатель! Больше похожий на отца, чем на мать. Думаю, Кристофер тоже бывал довольно жестоким, и Вероника просто сломалась. Подозревала ли она сына в убийстве соцработницы? Может, она увидела ее записи, которые он принес домой. Может, услышала обрывок разговора с Дэнни. Это был ее худший кошмар – что сын стал убийцей. Вот почему она вдруг сдружилась с Конни Мастерс. Хотела получить информацию, удостовериться.

– Мы можем вернуться к Дэнни Шоу? – Чарли с трудом выговаривал слова. – Не знаю, как насчет вас, ребята, но мне очень скоро понадобится моя кровать.

– Саймон задушил его и зажег костер, бросив в него бумаги из сумки Дженни Листер. Конечно, вынув из них все, что могло указать на него. Он хотел, чтобы все выглядело так, будто Дэнни замешан в первом убийстве, и просто замутить воду.

Вера широко улыбнулась. Как же она напилась. Но ей было все равно. Замутить воду. Хороший образ.

– А потом до него дошло, что он наделал, и он утратил самообладание, начал задаваться вопросами типа «а что, если». Это всегда опасно. Что, если Дженни все-таки уже поговорила с Конни? Саймон не знал, что она живет в той же деревне, пока я ему не сказала. Наверное, он жутко испугался. Что, если они были лучшими подружками и Дженни посвятила ее в их отношения? Тревога сводила его с ума. Сначала он угрожал Конни по телефону, потом убедил мать отвезти их в сарай для лодок. – Вера посмотрела на них. – Но в глубине души он просто завидовал тому, с какой заботой Конни относилась к дочери. Все это дело – про детей и их родителей. Саймон Элиот вел себя как ребенок в истерике, который разбивает то, чем не может обладать.

– Элиот чуть не убил пятилетнюю девочку, потому что завидовал ей? – недоверчиво спросил Эшворт.

Вера пожала плечами.

– Наверное, мы никогда не узнаем, почему он бросил ее в воду. Его брат утонул, как и сын его сестры. Может, там, на пирсе сарая для лодок, он решил, что пришло его время отыграться.

– Думаешь, в этом все дело? – спросил Чарли, с трудом оторвав голову от стола.

– Какая разница, что я думаю? Прокуратура поймала его за два убийства, в которых он признался. Наверное, они не будут приплетать сюда ребенка. А Конни не захочет проходить через еще одно судебное разбирательство. Думаю, она с радостью это опустит.

– Еще один ребенок будет всю свою жизнь до ужаса бояться воды, – сказала Холли.

– Да, возможно. – Но Вера не была уверена в таких причинно-следственных связях. Жизнь не так предсказуема и намного более запутанна. Лучше оставить теории психологам и соцработникам. – Или станет олимпийской чемпионкой по плаванию.