— Да, госпожа. — У меня перехватило дыхание. — Это мое имя.

— Так обычно называют мальчиков.

Мне хотелось вытереть пот со лба — никто из членов королевской семьи никогда не разглядывал меня столь внимательно.

— Мама была так сильно огорчена тем, что у нее родилась девочка, что дала мне имя, заготовленное для сына.

Хегён пристально смотрела на меня, и воздух вокруг казался плотным и тяжелым; коже было больно от малейшего движения. А затем она прошептала:

— Ты почти вылитая любимая сестра принца, принцесса Хвахёп, умершая вот уже шесть лет тому назад.

Я стояла, замерев от страха, поскольку не знала, обижает госпожу Хегён мое сходство с принцессой или нет. И я не осознавала, что мышцы у меня болезненно напряжены, до тех пор, пока она не отвела взгляд — только тогда я смогла тут же расслабить плечи.

— А ты Чиын, — сказала госпожа Хегён по-прежнему полушепотом, — двоюродная сестра нашего нового инспектора полиции.

— Д-д-да, — заикаясь, пролепетала Чиын, — э-это т-т-так.

Я поставила дребезжащий поднос на пол и снова села на колени позади врача, пряча в юбке потные руки. Мне хотелось посмотреть в сторону, туда, где стояла на коленях Чиын, но меня сдерживало охватившее все мое естество смятение.

— У меня была веская причина позвать вас сюда. — Госпожа Хегён бросила взгляд на забранную решеткой дверь, из-за которой слышался звук чьих-то шагов. Показался было силуэт одной из придворных дам, но тут же исчез. — Дело в том, что у вас есть кое-что общее.

Наконец я подняла глаза на Чиын. Мы с ней были одного возраста — нам только что исполнилось восемнадцать. Обе мы были дочерьми простых наложниц, то есть девушками-служанками, принадлежащими к рангу чхонмин — низшему из низших. Вот только отец Чиын признал ее своей дочерью, а для моего я значила не больше, чем слуги в его доме.

— Вас обеих недавно назначили работать во дворце, — продолжила госпожа Хегён. — А до того вы были медсестрами в Хёминcо[4], любимицами медсестры Чонсу. А я очень доверяю этой женщине.

Я крепко ухватилась за юбку. Что касается Чиын, то она была смущена не меньше моего.

— Медсестра Чонсу — друг моей семьи. А семья королевского врача Нансина в родстве с моей семьей. И надеюсь, я могу доверять вам, поскольку ваш наставник убедил меня в вашей благонадежности. — Тут в ее голос вкралась тревожная нотка. — Надеюсь, никто еще не завербовал вас в шпионы.

— Нет, конечно же, нет, госпожа, — выпалила Чиын. — Мы бы не посмели…

Госпожа приложила палец к губам.

— Во дворце говорят громко, только когда хотят, чтобы их слова услышали все, в иных случаях следует шептать. Во дворце все слушают и прислушиваются. Здесь все чьи-то шпионы. — Она перевела взгляд на принца-самозванца: — Так я могу доверять вам?