Истинность письма Бигелоу была подтверждена в 1997 году после рассекречивания соответствующей части архивов Ватикана. Банк Ватикана категорически опровергал обвинения. Но не случайно в 2000 году Ватикану был подан коллективный иск двух тысяч выживших в холокосте евреев и их родственников, которые стремились получить реституцию размером около 200 миллионов долларов. Основывая свои доводы на фактах письма Бигелоу и других рассекреченных документах, в иске прямо говорилось, что Ватикан попросту «украл золото уничтоженных нацистами евреев».

В своей послевоенной деятельности Ватикан продолжил линию по защите скомпрометировавших себя представителей нацистских организаций. Известны случаи, когда Церковь старалась скрыть от военных трибуналов преступников и переправить их по поддельным документам в более терпимые к бывшим соратникам Гитлера страны. Именно в этот период активно развиваются каналы переправки по «крысиным тропам» в Испанию, Южную и Северную Америку, Африку.

Вот один из примеров. В 1948 году осужденный офицер СС Франц Штангль бежал из следственной тюрьмы в австрийском Линце. Он решился на это, когда узнал, что епископ Алоиз Худал помогает католикам-офицерам СС. Гауптштурмфюрер СС Штангль отправился в Рим, где нашел, что искал: Худал предоставил ему приют, обеспечил паспортом Красного Креста и оформил визу в Сирию. Также епископ купил бывшему эсэсовцу билет на пароход, дал адрес и пароль для связи, по которому Штангль мог обратиться в Дамаске для получения убежища и работы. Благодаря Худалу Штангль оставался на свободе почти двадцать лет — до 1967 года, пока его не настигло заслуженное возмездие.

Епископ Алоиз Худал был одним из организаторов «крысиных троп», по которым десятки тысяч военных преступников, виновных в чудовищных преступлениях, имели возможность уйти от заслуженного наказания. Еще в 1930-е годы Худал руководил семинарией для австрийских и немецких священников и уже тогда открыто симпатизировал идеям национал-социализма. В Национал-социалистической рабочей партии Германии он видел противовес любым либеральным реформам в обществе, враждебным, в контексте его времени, католической Европе и, шире, христианству. В годы войны по поручению Ватикана Худал помогал «немецкоговорящим гражданам» в Италии — так называли интернированных или пленных германских военных, в том числе служащих подразделений СС. А после войны епископ «почувствовал себя обязанным посвятить всю свою благотворительную работу бывшим национал-социалистам, особенно тем из них, кто был признан военными преступниками».