Собрали второй «Черномор», который тоже стал совершать пробные полеты и часто возвращался к эллингу с одним неработающим двигателем. В одном из полетов над городом двигатели работали вроде бы хорошо, и тогда решили совершить дальний полет, но и эта затея закончилась неудачей: через 50 км остановился один двигатель — все попытки завести его оказались неудачными. Как на грех, разыгрался ветер и вот-вот был готов снести дирижабль в море. С большим трудом воздухоплаватели сумели произвести посадку на аэродроме Качинской школы военных летчиков. Во время посадки встал и второй двигатель. После этого был разоружен и «Черномор-2».

Собрали «Черномор-3», но и ему не было суждено летать. 24 марта 1917 года с утра задул сильный ветер. Одним из его порывов сорвало брезент, прикрывавший вход в эллинг. Сильная воздушная струя стала трепать дирижабль. По обстановке приняли решение: «Черномор-3» разоружить.

Довольно быстро команда воздухоплавателей и нижние чины, приданные ей в помощь, отцепили гондолу. Как только оболочка дирижабля прижалась к потолку эллинга, стали тянуть разрывное полотнище. Когда натянулась разрывная вожжа, внезапно раздался взрыв. Пламя моментально охватило дирижабль, эллинг, газгольдеры и бензобаки на гондоле. Люди с трудом прорвались через бушующее пламя.

После катастрофы «Черномора-3» приказом командующего флотом была назначена специальная следственная комиссия, которая так и не смогла выяснить причины гибели дирижабля. Командующий флотом распорядился «Черномором-4» не заниматься и сдать имущество в порт. Так закончилась единственная попытка русского флота обзавестись дирижаблями.

Командующий флотом принял правильное решение. Дело в том, что в это время против германских подводных лодок успешно действовали гидросамолеты. Можно привести немало примеров, когда летающие лодки срывали действия подводных.

Вот что вспоминал об отношении войск и моряков к охране судов гидросамолетами от подводного противника красный военно-морской летчик С. С. Негеревич в 1923 году: «Вера в гидроаэроплан у наших войск была настолько велика, что суда с десантом отказывались выходить в море без воздушной их охраны.

После получения от поста службы связи известия о нападении подводной лодки на госпитальное судно «Вперед» мой самолет уже через 5 минут был в воздухе, и, прилетев к месту катастрофы, подводную лодку мне удалось обнаружить в виде темного веретенообразного предмета глубоко под водой; после сброшенных мною двух гидростатических бомб на поверхность всплыли только большие масляные пятна. Была ли повреждена подводная лодка или нет, выяснить не удалось, но только сейчас можно констатировать тот факт, что весь путь наших судов от Батума до Ризе, охраняемый самолетами, с этого времени сделался безопасным, и случаи нападения подводных лодок на многочисленные наши суда с войсками и грузами в этом районе не повторялись».