Всё это не могло не вызвать дипломатического скандала между двумя странами ещё и потому, что в Варшаве допускали существование договорённости по взаимному обмену разведывательными материалами между Германией и СССР. Данное обстоятельство, безусловно, заставило представителей министерства обороны начать оценку похищенных сведений на предмет попадания их в руки Москвы и, как следствие, необходимость пересмотра всей концепции вооружённого строительства в стране, что не могло не сказаться на планах будущей агрессии[289].

С другой стороны, судебный процесс в Кракове показал той же украинской эмиграции, и не только, кто реально располагает потенциальными возможностями (имеется в виду структурами подпольных организаций) на территории Галиции и в состоянии получать необходимую политическую и разведывательную информацию. А принимая во внимание наличие легальной политической структуры оппозиционного характера в лице УНДО. То есть Германия проведением конференции недвусмысленно дала понять, что с ней надо считаться и достигать политического компромисса.

К этому следует добавить и сообщение польской печати о том, что 18 ноября 1927 года во Львове был арестован глава Львовского окружного Совета «Халлера» (бывшие военнослужащие военного корпуса генерала Халлера) Бронислав Еустахевич, который 11 ноября готовил покушение на Ю. Пилсудского, но по неизвестным причинам отказался от его исполнения. Арест подозреваемого был проведён по письму соучастника, некоего Прейсса. Деликатность происшедшего состоит в том, что УВО и Совет «Халлера» объединяла, несмотря на этнические расхождения, совместная нелюбовь к маршалу.

Принятое на конференции положение принципиального размежевания будущей ОУН и УВО оттеняла следующие важные моменты:

1. УВО продолжало функционировать в качестве нелегальной боевой организации, решая разведывательные задачи в интересах германского абвера, за исключением «эксов»;

2. Итоговым решением конференции явился перенос дальнейшей работы украинских националистов на открытые «рельсы», расширение пропаганды своих идей среди галицкого этноса с парламентских трибун Польши. Легализация своих структур под видом спортивно-культурных обществ, вплоть до сельского уровня, с целью привлечения новых сторонников;

3. Рождение нового националистического движения и легализация его в Польше происходили в условиях подготовки к новой вооружённой агрессии против СССР, что могло способствовать навязыванию странам-агрессорам своих предложений и даже условий по воссозданию бывшей украинской государственности. (Матрица этого проекта была использована в июне-июле 1941 года в форме так называемых «походных групп» ОУН на Украине);