Недовольство начальника разведотдела 61 ск подчиненными — капитанами Титковым и Борискиным — можно понять. Похоже, они не пользовались авторитетом среди командиров полков, раз последние могли себе позволить игнорировать дивизионный план разведки без последствий для себя. Такая реакция на планирование развед-действий могла быть следствием того, что начальник разведки 41 сд не был профессионалом в своем деле. Еще в январе 1943 г. он командовал стрелковой ротой, а через полтора года стал начальником разведотделения дивизии. Впрочем, данные из его представления к награде говорят, что летом 1944 г. Титков
Недоверие к плану разведки дивизии рождало у полкового командования желание вести собственную игру и планировать действия своих разведвзводов самостоятельно. В результате в ноябре 1944 г. полковая разведка добилась неплохого результата, в отличие от 117 орр, которая никакими успехами не блеснула. Привлечение штабом 244 сп к поиску штрафников, их подготовка перед операцией и последовавший успех стали показателем того, что работа разведроты и разведотделения 41 сд находилась не на должном уровне, раз штрафники выполнили задачу куда качественнее разведчиков 117 орр.
Разведпоиски 1945 года
Разведпоиски 1945 года
Глава 1 22 сд: Разведчики против смертников
Глава 1
22 сд: Разведчики против смертников
Во время Великой Отечественной войны советским войсковым разведчикам приходилось действовать в разных ситуациях. Чтобы взять языка, они нападали на ДЗОТы и блиндажи, врывались в траншеи, устраивали засады на дорогах и тропах. Их добычей становились вражеские пулеметчики, часовые, связисты, а иногда даже офицеры. Для бойцов раведподразделений это был понятный противник, логику которого можно было предсказать: немецкие солдаты могли хорошо сражаться, но в безвыходной ситуации сдача в плен не являлась для них чем-то особенным. Позже, после капитуляции Германии, советские войска готовились воевать против Японии, и вот этого противника разведчикам Красной Армии понять было гораздо труднее. Перед началом боевых действий на Дальнем Востоке разведка в своих сводках отмечала, что «политико-моральное» состояние японских войск хорошее. Японский солдат сражался и умирал за императора, а в плен сдавался лишь после неожиданного захвата. Еще более высоким боевым духом отличались подразделения Императорской армии, прошедшие перед началом войны четырехмесячные курсы смертников: их бойцы предпочитали плену гибель. Именно с ними пришлось иметь дело разведчикам 22 стрелковой дивизии, когда они пытались взять языка, двигаясь от Мулина к Муданьдзяну 12 августа 1945 г.