Левые и правые радикалы будто сговорились и действуют заодно, чтобы сорвать мирную демократизацию. Ни тех, ни других она действительно не устраивает. В моменты быстрых общественных изменений интенсивность политической окраски сближает больше, чем цвет: радикалы с противоположных полюсов противостоят власти и оппозиции, ищущим общий язык ради мирной трансформации страны. Сторонники примирения — предатели не только для реакционных франкистов, но и для их непримиримых противников.

Все теперь ждут или выступления армии, которая начнет наводить порядок, или баррикад, которые устроят жаждущие мести коммунисты. Франко предупреждал, что игра в демократизацию кончится в Испании новой гражданской войной, и вот ее первые эпизоды разыгрываются у всех на глазах. Две Испании, в существование которых одинаково верят непримиримые франкисты и бескомпромиссные оппозиционеры и которое реформаторы считают делом прошлого, вновь сталкиваются друг с другом.

Правительство не сразу дает разрешение на публичную гражданскую панихиду и шествие в память об убитых. Массовое скопление разгневанных, жаждущих возмездия людей — взрывоопасная среда. К тому же всем ясно, что это будет первое массовое шествие коммунистов в Мадриде со времен их поражения в гражданской войне. Вдруг оно обернется революционными беспорядками или, что не менее вероятно, вызовет насилие ультраправых? Но панихиды и шествия хотят совсем не только коммунисты, его требует вся юридическая корпорация страны. Нельзя отказать собственным юристам, и вообще замять такую трагедию не получится.

Церемония прощания с убитыми у Дворца правосудия и шествие с гробами на руках на кладбище действительно превращается в грандиозную политическую демонстрацию. Но это демонстрация не только коммунистов, хотя главные организаторы они. Плечом к плечу с ними идут другие оппозиционеры, многочисленные сторонники власти и не определившиеся с политическим выбором горожане. Они вышли против политического насилия, которое отвергают независимо от упаковки, провластной или оппозиционной. «Это был переломный психологический момент: или страна пойдет вразнос, или надо что-то сделать, что может ввести это противостояние в мирное политическое русло», — вспоминает Игорь Иванов, который был в тот день на шествии вместе с другими иностранными дипломатами.

Для коммунистической партии похороны юристов-коммунистов — это возможность показать не только силу, но и сдержанность. Толпа время от времени молча поднимает в воздух сжатые кулаки — запрещенный публичный жест левых и Народного фронта, — но все проходит мирно и с исключительным достоинством. Спокойствие коммунистов, которые без ненависти и агрессии скорбят по убитым товарищам, производит на испанцев благоприятное впечатление.