Долецкая: Это сомнительно.

Немцов: Под домашним арестом выбора нет. Он предполагает вполне конкретный круг общения: ты можешь общаться с детьми, возможно, по решению суда, с родителями и с женой. Все, финиш. Да, еще адвокаты могут прийти. К тебе не могут прийти друзья.

Долецкая: Если судья нас услышит… Вот чем можно наказать Немцова — домашним арестом.

Немцов: Не надо меня наказывать домашним арестом.

Долецкая: Не будем.

НЕМЦОВ: ЕСТЬ ЕЩЕ СЕМЕЙНОЕ ЛИЦЕМЕРИЕ. Я НЕ ПОНИМАЮ, ЗАЧЕМ ЛЮДЯМ МУЧИТЬСЯ, ДЕЛАТЬ ВИД, ЧТО У НИХ ВСЕ ХОРОШО, ОСОБЕННО ЕСЛИ ОНИ КАКОЕ-ТО ПОЛОЖЕНИЕ В ОБЩЕСТВЕ ЗАНИМАЮТ, А НА САМОМ ДЕЛЕ ДРУГ ДРУГА ТИХО НЕНАВИДЯТ. Я ЗНАЮ, ЧТО ТАК ЖИВУТ ОЧЕНЬ МНОГИЕ. ЗАЧЕМ ЭТО НАДО? ЭТО УЖАСНО.

В МОЕЙ ЖИЗНИ БЫЛО, КСТАТИ, НЕСКОЛЬКО МОМЕНТОВ, КОГДА Я ПОМОГ ОРГАНАМ. ВТОРОЙ РАЗ БЫЛ, КОГДА КО МНЕ ПРИШЕЛ ПУТИН. ОН СКАЗАЛ, ЧТО СЛУЖБА РАЗВАЛИВАЕТСЯ И НЕ МОГ БЫ Я ВКЛЮЧИТЬ ЧЕКИСТОВ В ПРОГРАММУ СЕРТИФИКАТОВ ЖИЛЬЯ ДЛЯ ВОЕННЫХ, ЧТОБЫ ИМ ДАЛИ ПЯТЬСОТ КВАРТИР.

Долецкая: А ты в разводе или женат официально?

Немцов: Я разведен. У меня вне брака родились Антон и Дина. И я решил об этом рассказать давным-давно. Решил рассказать по одной причине: я хотел, чтобы у моих детей была моя фамилия. Я признал отцовство, как нормальный мужик. И я дал интервью «Комсомольской правде». Чтобы было все понятно.