«Особая группа» входила в состав 4-го Главного управления НКВД, которое возглавлял генерал-лейтенант Павел Судоплатов. Это было управление, которое ведало партизанским движением со стороны НКВД. Заместителем Судоплатова по диверсионной работе был генерал-майор Леонид (Наум) Эйтингон, во время Гражданской войны в Испании руководивший партизанским движением и диверсионными операциями в тылу у Франко. Там он действовал под псевдонимом «генерал Котов».

Эйтингон известен еще и целым рядом мрачных дел, среди которых — организация убийства Л.Троцкого. Но, справедливости ради, следует сказать, что в годы войны именно под его руководством были разработаны и проведены такие крупнейшие партизанские операции, как «Рельсовая война», «Концерт» и другие, которые нанесли огромный урон немцам и оказали существенную поддержку боевым действиям Красной армии. Однако «вознаградили» его без учета прошлых заслуг. После расстрела Берии Эйтингона и Серебрянского, заодно с Судоплатовым, приговорили к 15 годам тюрьмы. Выдающийся диверсант, чья деятельность нанесла немцам немалые потери, Яков Сереб-рянский в тюрьме и умер, а Эйтингон отсидел в одиночке 12 лет.

Сравнительно более счастливой оказалась судьба еще одного высокопоставленного руководителя партизанской борьбы — еврея. Это был представитель Генштаба Красной армии, начальник разведотдела Центрального штаба партизанского движения генерал-майор Рафаил Павлович Хмельницкий, награжденный пятью боевыми орденами, что говорит о достаточной эффективности его работы.

Партизанские действия наносили немецким войскам, их союзникам и местным приспешникам немалый урон. Генерал-полковник вермахта Лотар Рендулич в книге «Итоги Второй мировой войны» пишет:

«Советские партизаны уничтожили свыше 300 тысяч немецких солдат и солдат армий наших союзников. Ими было подорвано или уничтожено иными способами 3 тысячи железнодорожных эшелонов, 1191 танк, 476 самолетов, 890 различных складов и хранилищ и еще много другой техники и снаряжения».

Думается, признание врага — одно из наиболее достоверных. Конечно, в масштабе всего партизанского движения, число участников которого приближалось к миллиону, 45–50 тысяч партизан-евреев, примерно 5,5 процентов от их общего числа, составляют сравнительно небольшую величину. Но следует учесть, что их просто не могло быть больше: в партизаны уходили почти ВСЕ евреи, которые только могли это сделать на оккупированной территории. И, как видим, сражались они честно и самоотверженно.

Почему же, однако, посчитал я необходимым осветить, хотя бы вкратце, роль евреев в партизанском движении? Прежде всего не затем, чтобы как-то подчеркнуть эту их роль, которая к тому же относительно и невелика. А потому, главным образом, что их участие в этой борьбе упорно замалчивалось во всех советских органах массовой информации и официальных документах. Да и воспоминания самих евреев опубликованы в основном за рубежом.