Кроме того, намечалось установление связи с Западом и, в частности, через Ленинград с Финляндией, в этих контактах они искали возможности связаться с западными странами, чтобы получить от них помощь. Однако практических шагов к осуществлению связи с Западом предпринято не было430.

Л. Н. Дампель431 рассказал о том, как его привлек в организацию Латкин. Он подтвердил предыдущие показания и рассказал, что на одном из совещаний, примерно в январе 1934 г., ставился вопрос о приобретении оружия для членов партии.

Его участие в проработке программных политических вопросов партии заключалось в том, что ему была поручена, помимо общей подготовки в области политико-экономических вопросов, проработка раздела программы в части промышленности. Общие вехи этого вопроса были им письменно изложены, обсуждены совместно с Латкиным и оставлены у него.

Устав был написан Латкиным и обсужден на двух совещаниях, он подлежал дальнейшей проработке. Наброски его хранились у Латкина. По уставу полагался прием в члены РПНВ всех вне зависимости от классового происхождения при предварительном выяснении его антисоветских убеждений. Евреи в партию не принимались.

Каждому члену РПНВ давались псевдонимы-клички, например у Дампеля кличка была «Николаев», Латкина – «Васильев» и т. д.432

На допросе инженер Д. И. Саров433 рассказал, что в 1919 г., работая начальником доменного цеха Надеждинского металлургического завода на Урале, при отступлении белых с Урала он был эвакуирован в г. Томск, где был рассчитан и выехал по территории, занятой белыми, в Маньчжурию во Владивосток. Там работал несколько месяцев на Усть-Суйфунских копях, затем техническим директором Уссурийского стекольного завода. В 1921 г. совместно с инженерами Петровым и Садовниковым открыл химическую лабораторию по производству всякого рода анализов и исследований.

В 1923 г. японцы, представители фирмы «Таката-Шоней», Нода и Миакозава заинтересовались этой работой в части перегонки угля и получения полукокса и искусственной нефти из углей. Нода и Миакозава командировали Сарова в Японию в г. Цуруга для проектирования и руководства строительством опытного завода по полукоксованию, где он пробыл 7–8 месяцев, после чего вернулся обратно во Владивосток. До этого на опытный завод в Цуруге приезжал японец Эджиро Ранзо434, с которым Сарова познакомил Миакозава, при этом он говорил, что дела фирмы «Таката-Шоней» плохи, и рекомендовал иметь знакомство с таким солидным лицом, как Эджиро Ранзо. Последний интересовался опытным заводом и расспрашивал о делах в России. С Эджиро Ранзо в Японии Саров встречался два раза.