ВОПРОС ХМЕЛЬНИЦКОМУ: Может быть, вы путаете и неправильно показываете о вашем разговоре с Китаевым?

ОТВЕТ: Я утверждаю, что КИТАЕВ мне говорил о том, что его брат Юрий является участником организации “3” или “4 ЖЭК” (точно не помню), что у участников этой организации имеется оружие. Помню даже, как КИТАЕВ сказал, что ученики приносят в школу даже автоматы, но, кто именно приносил в школу автоматы, мне КИТАЕВ не говорил. Также помню, что КИТАЕВ говорил мне, что у них в организации введена уплата членских взносов. Возможно, Китаев прихвастнул, но я показываю то, что лично от него слышал.

ВОПРОС КИТАЕВУ: Следовательно, вы показываете неправду о своем разговоре с ХМЕЛЬНИЦКИМ?

ОТВЕТ: Нет, я не лгу. Я твердо помню, что не говорил о наличии у членов нашей организации оружия или о том, что мы собирали членские взносы, так как ничего этого у нас не было. Мой брат Юрий не был участником организации “3ЖЭК”, но я ему говорил о существовании этой организации.

ВОПОРОС ХМЕЛЬНИЦКОМУ: Вы настаиваете на правильности ваших показаний?

ОТВЕТ: Да, настаиваю. Может быть, я неправильно понял КИТАЕВА, но он говорил о том, что в их организации собираются членские взносы, что у него имеются какие-то агенты и что члены организации носят в школу оружие.

ВОПРОС КИТАЕВУ: Что вы можете добавить к своим показаниям?

ОТВЕТ: Возможно, я сказал ХМЕЛЬНИЦКОМУ с целью похвастаться, что в нашей организации много участников, но я не мог ему говорить, что мы имеем оружие и собираем членские взносы.

Очная ставка с наших слов записана правильно и нами прочитана. Подписи

Очную ставку провели: Нач. следственной части НКГБ СССР по особо важным делам Влодзимирский

Зам. начальника 2 управления НКГБ СССР Сазыкин

ПИСЬМО А.И. ШАХУРИНА СЫНУ[184]

Москва 1 августа 1941 года

Здравствуй, Володя, мой дорогой, здравствуй, моя милая, любимая мордаша, с голубыми глазами, с курчавой щетинкой. Как ты, родной мой, живешь? Мы хоть и мало с тобой виделись, но твое отсутствие я очень сильно чувствую. Хочется сесть с тобой рядом на тахте (там у нас в столовой) и поговорить на разные темы или услышать по телефону:”Папа! Это я говорю, Володя. Ты приедешь сегодня обедать? Когда? Обязательно приезжай.”

Твои письма мне доставляют большое удовольствие и радость. Я читал их по несколько раз. И не только потому, что пишешь ты, мой Володя, но главное потому, что они умные и толковые. Через эти письма я вижу и чувствую тебя, твое настроение, твои заботы. Они у тебя уже есть — я имею в виду заботы, и это хорошо, беззаботным сейчас быть нельзя — преступно.