Итак, Сорванец, отец Машистого, по мужской линии был внуком верхового жеребца, а со стороны матери – внуком орлово-англо-датской кобылы. С орловской точки зрения родословная малоутешительная.

Лет десять тому назад мне посчастливилось приобрести в Москве у М.Е. Леонтьевой коллекцию портретов, когда-то написанных Сверчковым и Швабе для графа П.Н. Зубова. Среди них имеются портреты Безымянки 1-го и Кречета, то есть отца и деда Сорванца со стороны матери. Портрет самого Сорванца был напечатан в «Журнале коннозаводства». Безымянка 1-й был невелик ростом, вприкороть, почти квадратен, ослепительно бел, с горящим глазом и отделенным хвостом. Словом, типичный араб. Кречета написал Швабе, когда жеребцу было 9 лет: он почти темно-серый, длинный, сухой и дельный. Это уже рысистая лошадь, в особенности по длине, но восточные течения чувствуются в его преувеличенной сухости и кровной голове. Сравнивая эти два портрета с портретом Сорванца, я нахожу, что Сорванец больше напоминает своего деда Кречета, чем отца Безымянку 1-го. Если сравнить Машистого (сужу по рисунку Клодта с портрета кисти Чиркина и по двум фотографиям) с этими тремя изображениями, то бросается в глаза, что он не похож ни на одно из них. Машистый имел квадратное телосложение и стойко передавал его своим потомкам.

К сожалению, мать Машистого Махина также была не блестящего происхождения. Махина родилась в 1847 году и была дочерью Атласного завода Резцова. Атласный – внук Молодого-Атласного, но, к сожалению, его отец Полкан – сын кобылы Осины неизвестного происхождения. Мать Махины Резвая – дочь Любезного завода князя Д.И. Гундурова. Князь Гундуров повел свой завод от жеребца Кречета завода Ф.Г. Орлова. Кречет был сыном хреновского Барсика и кобылы неизвестного происхождения. Хреновской Барсик – один из двух сыновей Барса 1-го (родоначальника), выпущенных из Хреновского завода еще при жизни графа А.Г. Орлова. Получив Кречета, внука Барса-родоначальника, завод князя Гундурова, так же как и завод графа Кутайсова, оказался в привилегированном положении. Когда слава орловских рысаков распространилась по всей России, а купить их жеребцами в Хреновом не было никакой возможности, охотники обращались за производителями либо к Кутайсову, либо к Гундурову. Так поступил и граф Зубов, заполучивший для своего завода гундуровского Любезного.

Любезный родился в 1826 году, был вороной масти и довольно отметист. Его отец – Кречет, а мать – хреновская Любезная, дочь Любезного 1-го. Дочь Любезного Резвая, мать Махины, родилась в 1841 году. В прилепском собрании имеется портрет вороного четырехлетнего жеребца Красика, сына Любезного и Добрыни, кисти Сверчкова. Портрет дает возможность судить о типе детей Любезного, а также о том, что представляли собой гундуровские лошади. Красик по формам вполне орловский рысак тяжелого типа. Матерью Резвой была хреновская чистопородная кобыла Крестьянка, дочь Мужика 2-го, одного из лучших сыновей Полкана 3-го. Происхождение Махины далеко не безупречно: из 14 ее предков ни один не бежал, а три – неизвестного происхождения. Сочетание Сорванец – Махина дало Машистого, лошадь весьма пестрого и с орловской точки зрения недопустимого происхождения. Я всегда критически относился к этой линии и считал, что использование ее в Ивановском заводе было ошибкой. Мне могут возразить, что Машистый оправдал себя приплодом, но я не сомневаюсь, что от ивановских маток другой, более выдающийся по карьере и происхождению жеребец дал бы лучший приплод.