Что говорить, бывали в России и такие баснословные времена. Разве «дней Александровых прекрасное начало» не подарило ей золотой век литературы? Какое то было время! Академик Александр Евгеньевич Пресняков захлебывался, рассказывая о нем в поучение своему правительству (в эпоху НЭПа, когда все еще чудилось возможным): «Могло казаться, что процесс европеизации России доходит до крайних своих пределов. Разработка проектов политического преобразования подготовляла переход русского государственного строя к европейским формам государственности; эпоха конгрессов вводила Россию органической частью в “европейский концерт” международных связей, а ее внешнюю политику-в рамки общеевропейской политической системы; конституционное Царство Польское становилось образцом общего переустройства страны».
Ничего удивительного, что в такое время издавалась в Петербурге — по инициативе правительства! — вполне крамольная, с точки зрения православной иерархии, «Библиотека общественного деятеля» (de l’homme publique) Кондорсе. Я не говорю уже об издании классика английского либерализма Иеремии Бентама. Кто не помнит, что пушкинский Онегин «читал Адама Смита» и что, более того, «иная дама читает Смита и Бентама»? Менее известно, что перевод этих книг субсидировался правительством!
субсидировалсяТа же история повторилась и во второй половине века после Великой реформы Александра II, в особенности в бытность А. В. Головнина министром народного просвещения в правительстве «молодых реформаторов». И снова удивила мир благодарная русская интеллигенция: ответила на всплеск свободы невиданным расцветом литературы, музыки, живописи.
Я понимаю, как трудно сегодня представить, что чудо, совершившееся в России дважды при самодержавии(!), заметьте, может повториться и в третий раз, тем более в свободной, наконец, стране. И что не просто влюбленная девчонка, а такие умудренные в политике мужи, как Степашин или Тренин, смогут поверить, что было это повторение так возможно, так близко. Но вот поверили же.
«Несогласные»
«Несогласные»