Николае Чаушеску продолжил, что он и Дубчек в таком духе высказались на массовом митинге. Александр Дубчек осудил тех молодых экстремистов, которые требовали роспуска рабочей милиции. Также Дубчек снова выразил лояльность и готовность соблюдать свои обязательства в отношении Варшавского договора. Таким образом, чехословацкое руководство последовательно придерживалось такой позиции, которая не могла стать поводом для вооруженной интервенции и оккупации со стороны стран Варшавского договора. Дубчек и остальные чехословацкие руководители провели специальную встречу с представителями печати и потребовали от них сдержанности, гибкости и ответственности при публикации их материалов. Особо они настаивали на том, чтобы в статьях не было ничего такого, что могло бы послужить поводом для обострения отношений СССР и другими странами, подписавшими варшавское письмо. Словом, чехословацкое руководство приложило максимальные усилия для улучшения отношений с варшавской пятеркой.

Йосип Броз Тито отметил, что в то же время они (подписанты варшавского письма. – Б. Н.) избрали линию обострения и ухудшения отношений.

Николае Чаушеску выразил мнение, что внутриполитическая консолидация в Чехословакии действительно нервировала подписантов варшавского письма.

Эдвард Кардель отметил, что именно это первично. Им мешала как раз внутренняя консолидация в Чехословакии, им мешал процесс демократизации на социалистической основе.

Йосип Броз Тито отметил, что им нужны массовые беспорядки и инциденты, как, например, когда группа хулиганов забросала камнями здание ЦК КПЧ[758]. А беспокоит их политическая консолидация.

Николае Чаушеску подчеркнул, что их беспокоила перспектива съезда КПЧ.

Йосип Броз Тито отметил, что наши оценки здесь совпадают.

Николае Чаушеску заявил, что не может согласиться с введением иностранных войск и деятельностью иностранных сил. Только конституционные и законные органы государственной и партийной власти могут принимать решения. Тот факт, что интервентам не удалось сформировать органы власти, заставил их пойти на переговоры с президентом Свободой. Эти переговоры – хороший сигнал, и уже сами по себе являются поражением интервентов. Известно, что поначалу они вообще не хотели разговаривать. Намеревались привести к власти Антонина Новотного[759]. Однако настроение чехословацкого народа их удивило и смутило. Они увидели, что власть Новотного восстановить не получится. Также оказалось, что они не могут сформировать правительство. Это заставило их пойти на переговоры с президентом Свободой. Сейчас мы увидим, приведут ли переговоры в Москве к заключению какого-либо договора. Чехословацкие руководители говорили, что их позиции ясны и что они не отступят от своих принципиальных позиций, а это, прежде всего, означает то, что они не могут дать согласие на оккупацию.