С точки зрения США «глубокое сокращение СЯС России является фактором, работающим на её распад (см. [65], с.445). СЯС России – это геополитический фактор мировой стабильности, и чрезмерное нарушение баланса с СЯС США опасно резким нарушением стабильности всеобщего мира.

Общий вывод очевиден: США всегда будут стремиться сохранить за собой преимущества, и к равенству в системах ядерных вооружений их может подвинуть только видимое превосходство России. Но даже в этом случае США будут стремиться к неравноправному уничтожению вооружений и к сохранению своих потенциалов. США не являются надёжным партнёром в части исполнения взаимных договоров, – по крайней мере, на данном историческом этапе. Они исходят из соображений собственной «выгоды» и «безопасности», не считаясь ни с требованиями и нормами международной безопасности, ни с собственными «союзниками» (не говоря уже о «противников» в лице России и Китая). Логика понятная: сильнее русские ударят по «союзникам», – не так сильно ответят по «нам самим».

Характерна и позиция США в отношении уничтожения химического оружия. США весьма цинично отказываются уничтожить остатки химического оружия (около 20 % от ранее существовавших запасов, – очень крупный потенциал), которые ещё не уничтожены по договору об уничтожении химического оружия, ссылаясь, якобы, на «отсутствие средств» для этого. И это в условиях, когда огромные средства продолжают выделять на разработки новых токсических веществ, прикрывая их тезисом «лгунов для идиотов», что это «не летальные» токсические вещества. Хотя ясно, что разрабатывается и «летальная», и «не летальная» отрава, – ядовитые вещества. Грань разделения их здесь с боевыми ОВ – в дозировках и в небольшом различии в химических составах. На эти разработки выделено в 2018 г. 1201 млн. долларов, и за последние 8 лет эти затраты увеличились в 5,33 раза, – вот этот график из журнала «Военная мысль, № 12, 2018 г. В среднем рост ассигнований на разработки ядов составлял 23,3 % – почти на четверть каждый год в течение последних 8-ми лет.

Очевидно, такая «политика» проводится для того, чтобы сохранить у себя боевые отравляющие вещества, когда другие страны их уничтожат. И чтобы скрыть, сколько их осталось, и чтобы скрыть, сколько произведено новых. И для того, чтобы их использовать «при случае» для давления и провокаций. И для того, чтобы иметь односторонние преимущества в области химического оружия вне всяких международных законов и договорённостей и в условиях, когда само применение такого оружия запрещено международными соглашениями ещё 92 года назад (в 1928 году).