На китайском направлении в Министерстве иностранных дел и познакомились с Токаевым. Неудивительно: яркие люди тянутся друг к другу.

Евгений Бажанов: «Мы познакомились с Касымом-Жомартом в 1979 году: работали вместе, сидели в одной комнате в китайском отделе МИД — он китаист, я китаист. Я его запомнил так: видный, умный, располагающий к себе человек, а он меня потому, что все приходили на работу к девяти утра, а я к семи».

Так вот много лет назад мои замечательные друзья Бажановы познакомили меня со своим давним другом Касымом-Жомартом Токаевым. Дружеское застолье у Бажановых, задушевные беседы за столом — продолжение той же интенсивной интеллектуальной жизни. Скучных и неинтересных собеседников за этим столом не бывало.

Я нашел запись в своем дневнике о той первой встрече: «Токаев — председатель Сената Казахстана, бывший министр иностранных дел и глава правительства. Произвел сильное впечатление: высокий, с интересным лицом, интеллигентный, безукоризненно одет. Очень любопытно говорил, сын писателя, много читает, что ныне невероятная редкость, и сам пишет».

Я был заинтригован.

Обычно политика не только делает человека закрытым, но и вообще меняет. Выясняется, что даже самые близкие друзья не знают его по-настоящему. Он смущает своей непредсказуемостью. Его считают человеком с множеством лиц. И обижаются на то, что даже близких людей он держит на расстоянии, не позволяя никому заглянуть ему в душу. Добившийся успеха часто перестает быть искренним и откровенным. Учится скрывать свои мысли и чувства. Становится циничным и изощренным политиком византийского типа.

Личности ведущих политиков анализируют в надежде предугадать их поступки. Выясняют мельчайшие детали жизненного пути, ищут недуги и необычные пристрастия… А главное, стараются понять, как лидер принимает решения? С кем советуется?

Впрочем, искушенные профессионалы справедливо полагают, что психоанализ на расстоянии крайне ненадежен. Психологические портреты — всего лишь предположения. То, что мы видим, — часто лишь образ, найденный самим политиком, или маска, сооруженная имиджмейкерами.

Маска, кстати, необходима. Без нее иной политик надорвется, не выдержит нагрузки. Искренних в политике немного. А жалостливым в политике и вовсе делать нечего. Властитель, как правило, создается из очень жесткого материала… Считается, что он должен быть неприступным и высокомерным, не посвящать подданных в свои планы. И внушать страх!

Следуя совету Макиавелли, политик желает, чтобы его одновременно и любили, и боялись. Но если приходится выбирать, предпочитает, чтобы его боялись. Жизнь успешного и удачливого политика — нередко одиночество, нарциссизм, постепенная утрата любви, друзей, морали, убеждений и принципов. Какова самая большая ошибка, которую совершают иные политики? Они полностью сосредотачиваются на себе. Верх берут безграничное самодовольство и тщеславие.