Наступил момент, когда израильтянам казалось, что война проиграна. Египтяне успешно наступали. Сирийские войска вот-вот могли захватить северный Израиль. Еврейское государство не просто потерпело бы поражение. Оно было бы уничтожено.

8 октября министр обороны Моше Даян, не склонный к сентиментальности, в отчаянии сказал главе правительства:

– Я не уверен, что мы сможем продержаться. Это конец.

«Я не могла плакать, – вспоминала Голда Меир. – Я закрыла глаза и минуту просидела неподвижно. Если бы я за эти годы не научилась быть сильной, я бы рассыпалась. Но я выдержала».

Считается, что Израиль давно располагает ядерным оружием. Во время визита в Соединенные Штаты журналисты ее спрашивали:

– Применит ли Израиль ядерное оружие, если его существование будет под угрозой?

Голда Меир ушла от прямого ответа:

– По моему мнению, мы не так плохо управляемся и обычным оружием.

Говорят, что в тот день, после разговора с министром обороны Моше Даяном, она приказала собрать ядерное оружие и подготовить его к бою. Боеголовки уже были установлены на ракетах «Иерихон-1». Но тут совершилось чудо. Военное счастье вновь улыбнулось Израилю.

8 октября сирийские танковые колонны были остановлены на Голанских высотах. Израильские войска перешли в контрнаступление. Сирийским командирам не хватало стойкости, они легко поддавались панике и бросали свои части. Когда боевые действия прекратились, до Дамаска израильским войскам оставалось всего тридцать пять километров.

Иссяк и наступательный порыв египетской армии. 14 октября на Синайском полуострове произошло крупнейшее после Второй мировой войны танковое сражение. Танкисты генерала Ариэля Шарона противостояли наступавшим бронетанковым частям египетской армии. Египтяне потеряли более четырехсот машин, Шарон – сорок, в десять раз меньше. С Синайского полуострова главе правительства позвонил начальник генерального штаба:

– Голда, все будет в порядке. Мы – опять мы, и они – опять они.

Но окончательный военный успех ничего не значил для родителей, чьи сыновья погибли на поле боя или попали в плен.

«Бывали дни, когда я еле заставляла себя встретиться с родителями попавших в плен солдат. Мне нечего было им сказать. Египтяне и сирийцы отказывались дать Красному кресту списки пленных израильтян через много месяцев после прекращения огня.

Много есть такого, чего я лично никогда не прощу египтянам и сирийцам, но прежде всего вот этого: так долго, из чистой злобы, они придерживали информацию, играя на горе родителей».

Голда Меир расплатилась своей карьерой за трагедию октябрьской войны 1973 года. Как и министр обороны знаменитый Моше Даян, которым прежде восхищались. Им не простили потерь в войне: