По словам начальника пресс-службы Управления по экономическим преступлениям (УЭП) ГУВД Москвы капитана милиции Александра Кочубея, еще в конце 1997 года говорить о массовом внедрении этой формы бизнеса в сферу ритуального обслуживания в Москве было рано. Но через год это явление на столичных кладбищах приняло уже массовый характер.

Чтобы не допустить подобного «могильного бума», Управлением по экономическим преступлениям ГУВД Москвы совместно с сотрудниками соответствующих контрольных органов проводятся масштабные общегородские мероприятия по проверке организаций, занимающихся не только учетом захоронений, но и тех, кто занимается похоронным обслуживанием населения.

Итак, нам предлагают приходить завтра. А если ничего не получится?

— Поехали еще прокатимся по кладбищам, — толкает меня в плечо водитель. — Может, где-то сговоримся и сегодня.

ТАМ, ГДЕ БРАТКОВ ХОРОНЯТ

На Троекуровском кладбище попадаем как раз в обеденный перерыв. В конторе за стеклянной дверью сидит только дежурная. Она разговаривает по телефону с подругой. Обсуждают вчерашнюю вечеринку, платья, мужчин… На вошедших она не обращает никакого внимания. Ее пост — за стеклянной дверью, в своеобразном магазине по продаже ритуальных принадлежностей. Володя остается здесь выбирать гроб и венки, а я отправляюсь по территории посмотреть, есть ли тут возможность захоронения.

Вхожу через центральные ворота. По правую сторону, сразу же за кладбищенскими подсобками, места захоронений. Здесь могилы известных в стране людей. Достаточно сказать, что здесь похоронены Рыбников и Карацупа, Холодов и Рохлин… Но поистине огромные венки с цветами, выложенными в цвета российского флага, на могиле у погибшего прошлой зимой директора гостиничного комплекса «Россия».

— Здесь простых не хоронят, — объясняет мне мужчина с фотоаппаратом, пришедший сфотографировать могилу Рохлина. — Здесь хоронят чуть ли не по личному разрешению Ельцина…

— Отец, — спрашиваю этого мужика, — а обычных, не очень блатных, где можно похоронить?

— Это вы-то обычные, — ухмыляется он, — видел, как из «мерседеса» вылезали с шофером…

Я улыбаюсь. Мне льстит, что здесь меня хоть кто-то принял за криминального лидера.

— Так знаешь такие места?

— Ваших братков хоронят вон там. — Он показывает рукой в сторону леса. — Чуть левее пятого участка.

Я вновь выхожу на асфальтированную дорожку и иду в ту сторону, что мне указал фотограф.

Несмотря на нераннее время, на кладбище практически никого.

Возле кустов с лопатой в руках стоит «негр» — это так называют на кладбище могилокопателей. Он выбрасывает на землю комья глины, а затем, уставший, садится на краешек могилы.