Размышления Толстого возникли вследствии знакомства с произведениями советских писателей в процессе редактирования литературного приложения к «Накануне».

Великая страсть^*

Впервые – «Литературное приложение» к газ. «Накануне», 1922, 1 октября. Номер приложения (20-й) был полностью посвящен М. Горькому в связи с 30-летием его литературной деятельности. В советской печати – Познание счастья.

29 сентября 1922 года в «Накануне» было опубликовано следующее объявление: «Ближайший номер „Литературного приложения“ (воскресенье 1 октября) будет посвящен Максиму Горькому, по случаю 30-летия литературной деятельности. Номер отпечатан на лучшей бумаге и снабжен портретом и автографом Горького».

Кроме статьи Толстого, в номере были опубликованы «Материалы для биографии Максима Горького» М. Слонимского, статьи «М. Горький и русское крестьянство» Б. Дюшена, «Романтика свободы и культуры» Е. Лундберга, «„Новое слово“ Горького» К. Вайдемюллера, «Горький в Европе» З. Венгеровой, «Последнее слово» Е. Ремпеля.

Пребывание в Германии было временем интенсивного профессионального общения двух писателей, переросшего в крепкую дружбу. (М. Горький обратил внимание еще на первые прозаические публикации А. Н. Толстого, а познакомились они лично перед революцией). Летом 1922 года писатели встречались неоднократно (жили они неподалеку в курортных местечках Герингсдорф и Миздрой).

«Великая страсть» – третья по счету статья после размышлений о пьесе «На дне» (см. наст. том) и заметки в журнале «Заря» (1914, № 5), где Толстой вместе с другими писателями приветствовал возвращение Горького в Россию.

В 20-е – 30-е гг. Толстым опубликовано еще несколько статей о Горьком (см., например, в наст. томе «Ранний Горький», «Костры»).

О новой литературе^*

Впервые – «Литературное приложение» (№ 7) к газ. «Накануне», 1922, 11 июня.

Статья отражает обширную осведомленность Толстого в делах молодой советской литературы, поскольку как редактор «Литературного приложения» он вступил в прямые контакты с Москвой (см. коммент. к «Открытому письму Н. В. Чайковскому»). Сквозь метафоричность стиля (образ библейского чудовища Левиафана), сквозь абстрактные размышления о вере и неверии и акцентированную укрупненность недостатков в портрете нового человека все настойчивее пробивается идея победы конструктивных начал в жизни («разум истории»), возможности гармонического согласия между личностью и коллективом. Статья – один из первых опытов пропаганды советской литературы за рубежом.