Тогда РВС попросил, чтобы кубинские военные советники и строительные рабочие в Пойнт-Сэлайнз на время вторжения перешли в оперативное подчинение гренадской армии и приняли участие в отражении американской атаки. Кубинцы ответили на эту просьбу отказом, в Гаване все еще надеялись, что американцы высадятся на Гренаде, заберут своих граждан и уберутся восвояси. Если бы кубинцы (тем более не профессиональные военные, а строители) попробовали бы помешать высадке, то их сопротивление все равно бы было подавлено, а США могли бы воспользоваться боями, чтобы остаться на Гренаде надолго.

Учитывая все эти обстоятельства, 22 октября 1983 года Кастро дал кубинскому персоналу на Гренаде следующую директиву: «Если США осуществят интервенцию, наш долг – решительно защищаться у наших лагерей и у мест работы – однако лишь в том случае, если мы подвергнемся непосредственному нападению. Я повторяю: только если мы подвергнемся непосредственному нападению. Таким образом, мы будем защищать себя, а не правительство Гренады или его дела. Если американцы приземлятся в районе взлетно-посадочной полосы около университета (т. е. медицинской школы – примечание автора) или в его окрестностях, чтобы эвакуировать своих граждан, полностью воздержитесь от вмешательства!»[421]

Эта директива Кастро обеспечила американским «рейнджерам» безопасную высадку. В Вашингтоне о ней не знали, однако абсолютно верно предположили, что кубинцы первыми открывать огонь не будут.

С севера от взлетно-посадочной полосы в Пойнт-Сэлайнз были невысокие холмы, за которыми в лощине находился главный кубинский лагерь. Если бы кубинцы заняли на этих холмах позиции и открыли огонь по приземляющимся или даже приземлившимся «рейнджерам», то у тех не было бы никаких шансов избежать больших потерь. Ведь в районе взлетно-посадочной полосы не было никаких зданий или естественных укрытий, а с юга она упиралась в океан.

Однако кубинцы, судя по директиве Кастро, надеялись, что высадившись на взлетной полосе, «рейнджеры» двинутся не на север (в направлении кубинского лагеря), а на восток к студенческому городку медицинской школы.

Гренадским руководителям посол Кубы передал 22 октября следующую позицию своего правительства:

– кубинские силы «в основном состоящие из рабочих, занятых на гражданских объектах слишком малы, чтобы рассматривать их как существенный военный фактор в условиях крупномасштабного вторжения США

– посылка подкреплений невозможна и немыслима

– политическая ситуация, сложившаяся внутри страны в связи с расколом народа после событий, приведших к смерти Бишопа и других руководителей, значительно ослабляет ее оборонные возможности, что является логическим следствием серьезных ошибок, допущенных гренадскими революционерами. В свете этого нынешние военные и политические условия – наихудшие для организации решительного и эффективного сопротивления интервентам, которое без участия народа является практически невозможным. Необходимо подумать о том, как добиться примирения с народом; возможно одним из таких шагов было бы выяснение обстоятельств смерти Бишопа и степени ответственности каждого за это