Северус лежал на полу, захлёбываясь собственной кровью. Дышать становилось всё труднее. Конечно, он мог бы дотянуться до палочки и попробовать остановить кровь, но понимал, что в таком состоянии ничего не выйдет, руки слушались очень плохо. Скорее всего, яд змеи уже начал действовать, и даже если он остановит кровь, он не протянет больше нескольких минут без противоядия. Горло страшно болело, тело деревенело, всё происходящее напоминало просто страшный сон, и Северус начал молиться всем известным богам, чтобы только он закончился поскорее.
Но неожиданно его взгляд выхватил какое-то шевеление над ним. Северус попытался сфокусировать взгляд, но ничего не вышло. Он понял, что перед ним оказался какой-то человек, но не мог понять, кто именно. Всё расплывалось, глаза слезились. Он почувствовал, что находится на грани обморока. Но тут человек приблизился, и Северус смог ухватиться за ткань его одежды. Лицо стало ещё ближе, и Северус узнал его.
Он открыл рот, чтобы сказать Гарри так много… Нет, пожалуй, даже слишком много. На это у него нет времени. Он вспомнил,
— Собери… собери…
Он прикрыл глаза и постарался воскресить в памяти разговор с Альбусом, который рассказал тогда Северусу, что Гарри должен умереть. Потом в памяти всплыл и другой разговор, когда директор поручил Северусу убить его. Открыв глаза, Северус заметил ещё одного человека в Хижине. Растрёпанные волосы девушки показались ему ужасно знакомыми, но он почему-то не мог вспомнить, как её зовут. Зато он понял, что его мысли Гарри только что поместил в бутылочку. Значит, он выполнил свой долг. Он передал Гарри последние воспоминания.
Неожиданно стало очень спокойно и легко. Он прищурился, чтобы получше рассмотреть лицо Гарри и только сейчас увидел, что тот плачет. Северус мысленно улыбнулся, подумав:
— Можно что-то сделать? — услышал он срывающийся голос Гарри.
Северус только краем глаза увидел, как качается каштановая копна волос, что означало, видимо, отрицательный ответ, а потом услышал сдавленный плачем голос: