Больше ничего не обнаружив, поскидывали трупы с улицы внутрь и подожгли все, что могло гореть. Здесь я уже запустил пару капель. Затем как бы подождал откат и запустил снова.

Назад ехали молча. Мое первое серьезное задание не вызывало воодушевления.

…

– Нужно сдать задание и взять новое, если никто не против, – сказала Саманта, когда мы объезжали очередь на вход в Каира. Было забавно почувствовать себя на другой стороне.

Двое суток пролетели незаметно. Никто не нападал и не мешал отдыхать. Дерек на второй день пришел в себя, и у меня появилась возможность узнать о мире побольше. Так и добрались.

– А как ты подтвердишь, что мы выполнили? Мы ведь ничего с собой не взяли, да и что брать-то? – спросил я.

– Система лжи, – коротко ответила девушка.

Заказ, как я понял, выдало королевство. Да и вообще, такие задания часто поступают именно от верхушки. На границе зевают, а здесь подметают.

Мы проехали спокойно в город, и после увиденного, я был впечатлен спокойствием и жизнью горожан. Наверное, я так же выглядел для военных, которые возвращались из горячих точек. Люди сновали по улочкам, как и прежде, лица сосредоточенные, напряженные, но не от того, что гоблины трясут копьями у порога.

Холл штаба встретил прохладой и забитыми столами, за которыми разумные обсуждали дела насущные или ждали своей очереди. Чернокожий рекрут был на том же месте и провел меня ревнивым взглядом.

Получив положенное серебро, Саманта осталась разбираться с новым заданием. Договорились встретиться в таверне и все обсудить.

– Каин, – позвала Фамина от двери, когда я вышел на улицу.

Я подошел.

– Тебя провести?

– Эм, зачем? – спросил я, хотя понял зачем. Дурная привычка.

– Затем, – моргнула забавно мечница, и я, не удержавшись, хохотнул.

– Не надо, Фамира, спасибо. Здесь не далеко, успею дотемна.

– Ну, как знаешь, – кивнула она. – Будь осторожен. Мне не нравится терять своих.

Ого, я уже свой, и после первого-то задания? Доверчивая девушка, однако.

Животных доверили местному груму, а может конюху. На местном Деркон, но я все-таки остановился на конюхе. Как оказалось, с этим все налажено, и оставалось только уплачивать раз в месяц три медяка за одного питомца.