– Это травоядные, их сама природа предназначила в пищу хищникам. А ты хищника сюда привёз.

– Хищник это боец, и для него честь и достижение, пасть в бою, а не сдохнуть под кустом от старости. Этот лев получит прекрасный предсмертный опыт боя и уйдёт с чувством исполненного долга. Это ли не прекрасно? Поэтому успокойся и насладись зрелищем. Вон твой зверь к нему подбирается. Красивый должен быть поединок.

– Не хочу! Не хочу смотреть на такое! – Миранда, отпустив руку Альфреда закрыла лицо руками.

– Маленькая моя, ну что ты? Тебя никто не заставляет на это смотреть. Не хочешь, не смотри, – он обхватив её за плечи, развернул к себе и прижал, ласково обнимая. – Хочешь, уйдём отсюда вместе. Пойдём, посидим у камина, я расскажу тебе последние новости о Донгвиллах.

– Нет, тебе нельзя уходить! Вдруг Ларсен не справится и пострадает или вообще погибнет… А у него дочка маленькая не так давно родилась. Нет! Не уходи! Раз всё это затеял, теперь стой и подстраховывай!

– Хорошо, хорошо, как скажешь, – он немного разжал объятия и стал ласково гладить её по спине. – Буду подстраховывать твоего зверя.

– Почему ты его всегда моим зверем зовёшь, а не по имени? – отведя руки от лица, озадаченно поинтересовалась она.

– Потому что имя бывает лишь у независимых индивидуумов, а он зверь, и твой фамильяр.

– Мне неприятно такое твоё отношение к нему.

– Хорошо, в угоду тебе «твоим Ларсеном» называть могу, если тебе так больше нравится.

Миранда кивнула, едва заметно, удовлетворённо улыбнувшись, и проговорив: «Благодарю тебя».

В это время раздался одновременный грозный рык горного льва и оборотня. Вздрогнув, она напряглась и, всматриваясь в глаза Альфреда, устремлённые в сторону скал, испуганно спросила:

– Что там происходит, они сцепились? Да?

– Пока нет, малышка, – перевёл взгляд на неё Альфред, – Пока пугают друг друга, и лев задом отступает от твоего Ларсена.

– Ты туда смотри, а не на меня! И рассказывай мне… Ладно? – в её глазах светились одновременно страх и надежда на его силы и опору.

Почувствовав, что у него появился шанс расположить её к себе, Альфред поудобнее перехватил руки, ставя её прямо перед собой, и устремив взгляд снова на место поединка, начал красочно, с юмором и абсолютно нестрашно комментировать происходящее, с удовольствием ощущая, как его избранница, жадно впитывая его слова, постепенно успокаивается и расслабляется в его руках.

К концу его монолога, когда он сообщил, что горный лев повержени его дух, преисполненный боевого настроя, гордо покинул бренное тело для кармического перерождения в более сильном, а её оборотень в упоении от своей победы вбирает ниспосланную небесами ему силу и потенциал, она благодарно приникла к его груди, тихо выдохнув: «Спасибо, Ал, ты превратил невыносимую для меня картину во вполне приятный эпизод».