Лёжа на однажды обспермованном диване, всё те же мысли ни о чём, о своём свинстве, убожестве, смешанные с чувством вины за наивность всепоглощающей похоти.
«Какое толстое, жирное тело», − осуждающе подумал Сергей, и ему стало противно от себя. Такому, как он, невозможным было даже думать о такой женщине − а ведь он смотрел, а ведь он мечтал!.. Грязное животное…
Хотя…
Он попытался представить Америку. Какие там люди? Какие улицы? Какая жизнь?
Конечно, Сергея немного пугала неизвестность. Он боялся не понять американцев: они так быстро и невнятно говорят… Весь этот месяц он прилежно учил английский, смотрел фильмы в оригинале с субтитрами, но пока, к сожалению, не понимал и половины всего того, что там говорят…
Кроме того, он совершенно не имел понятия о том, как его там встретят. Сергей, конечно, знал, что отныне он известная личность… Но каким его представляют американцы? Трэвис (если это его настоящее имя) говорил, что в Америке все очень обеспокоены его дальнейшей судьбой и все − как народ, так и правительство − только рады будут предоставить Сергею политическое убежище.
В любом случае, всё самое страшное позади. Это надо запомнить и больше не забывать ни на секунду.
А деньги! Ведь в ближайшие дни он станет неимоверно богат и счастлив! Будет общаться только с теми людьми, которые ему приятны, будет совершенно независим от кого бы то ни было, будет жить в свободной, демократической стране, и − самое главное − теперь до конца жизни у него нет никакой необходимости горбатиться на «дядю».
Так Сергей лежал и мечтал неделями, пока однажды в дверь не позвонили три коротких раза − условный знак. «Вот и всё! − подумал он. − Ад закончился!»
Он пулей ринулся к двери, открыл её, включил свет.
В коридор вошёл высокий мужчина лет пятидесяти, в шапке, укутанный шарфом так, что рта его не было видно. На нём было осеннее пальто. В чёрной перчатке руки − чемодан.
Мужчина опустил шарф и поставил чемодан.
− Ваши деньги.
− Спасибо… − Неловкое молчание. Проверять деньги было не к месту.
− Вы откройте, проверьте.
Сергей всё-таки поставил чемодан на тумбочку и открыл его − там были деньги.
− Ну… считать я уже не буду, − робко улыбнувшись, сказал Сергей и закрыл чемодан.
Он взглянул на мужчину. Во внешнем виде его было что-то новое, неприметное, но ярко бросающееся в глаза.
Это