— От консультаций не откажусь, — слизеринка автоматически выбрала наименее обязывающую формулировку. — Сама пробовала, но пока не получилось.

— «Что у тебя за палочка, если не секрет?»

— Английский дуб, волос единорога.

— «Ага, Землица».

— Она, родная, — поддержала игру Булстроуд.

— «Тогда приступим не борзяся», — я поместил перед ней перо.

Месяц назад я не позволил бы себе такой фамильярности. Но наш «совместный бизнес» сгладил углы, так что я представлял себе границы того, что и когда можно допускать в общении с Булстроуд.

Миллисента начала работу, а я наблюдал за ней вторым зрением. Пока что результат был нулевым, но я собирал статистику.

На гриффиндорской стороне обильно полыхнуло пламенем. Переполох продлился недолго: я ещё до урока попросил Гермиону не садиться перед Невиллом, так что её волосы остались в безопасности.

— Не понимаю, как воздушная левитация может породить огненную струю? — тихо удивилась Булстроуд после того, как Флитвик заменил сожжённый реквизит.

— «У Лонгботтома перо феникса бузит», — просветил я слизеринку. — «Намекни своим, чтобы соблюдали осторожность на директрисе».

— Да как так-то? — опешила знающая девочка. — Он же гербалист, ему огонь противопоказан!

— «Это большой прогресс по сравнению с “чужим” ясенем, которым он махал до недавнего времени», — поморщился я. — «Его воспитывают директор и леди Августа, доверим дело профессионалам. И кстати, о птичках. Ты не в курсе, чьё это перо?»

Я показал на предмет, который мы должны были заставить воспарить в воздух.

— Знаешь, сама не могу понять.

— «И это плохо. Ты должна осознавать, что поднимаешь».

Покопавшись в сумке, я достал кусочек кожи дромарога. Положил вместо пера.

— Он же тяжелее!

— «Ненамного. Важно другое: для тебя он *знакомее* этого пера».

— Поясни.