– Уходим, – взрыв магии, помимо того, что немного искалечил дерево, разогнал облако Скверны. И пусть это добавит работы друидам, сейчас это позволит им оказаться здесь куда как быстрее.

К сожалению, тихо уйти не получилось — в тот самый момент, когда я закончил произносить предложение убираться прочь, из-под земли буквально выросли. Двое. Козлозадый недобог и его вернейший последователь и ученик.

Малфурион встретился взглядом с Иллиданом.

– Чудовище! Ты в очередной раз предал наш народ, Иллидан! – не узнать Охотника по знаменитым клинкам было нельзя, невзирая на демонический образ.

– Уже десять тысяч лет это не мой народ, так что я просто забрал то, что моё, друид, – последнее слово мой друг выплюнул как самое чёрное ругательство.

Кажется, мне удалось сделать то, что не получилось у всей расы ночных эльфов в прошлом-будущем. Да, они сделали так, что Иллидану стало на них плевать, но, даже получив очередной удар в спину, великий маг не ненавидел. Ибо не знал, что на самом деле потерял. Сейчас же, аккуратно сжимая в когтистых лапах свою «плоть от плоти», «магию от магии», своего сына, Охотник осознавал, что его дитя пытали все эти десять тысяч лет. Тянули из него жилы, пили его кровь, пытались извратить и перековать. И даже не потому, что иначе было нельзя — он прекрасно знал о Солнечном Колодце, Анвине и видел моё отношение к ней. Они всё это делали только потому, что так было удобнее. Потому, что это давало власть. И настигшее его осознание рождало в душе демонического эльфа такую ярость, какой не могли похвастаться и «урождённые» демоны.

– Вам предстоит ответить за то, что вы сотворили! – вмешался в беседу козёл-переросток.

– Я с удовольствием выпотрошу тебя и закушу твоей душонкой, Кенариус! А потом потолкую с дорогим братцем о предателях и предательстве, – Иллидан действительно пылал яростью, но понимал, что сейчас мы не в том положении, чтобы устраивать разборки с этим полукозлом.

– Оставь его Моннороху, Иллидан. А здесь мы закончили, – я завершил плетение портала, переключая друга с кровожадных мыслей о потрошении всяких уродов на более насущные дела.

Вариант, когда уходить придётся прямо перед Кенариусом, тоже нами прорабатывался, пусть и как не самый лучший, но оттого ещё более требовательный к подготовке. Чтобы сбить козла с такого следа, простого портала в рамках одного мира было мало, потому пышущая энергией Пустоты тёмная арка вела в глубины Дренора, на одну из скальных вершин в землях, известных как Острогорье. Там, даже если Кенариус и последует за нами, он ничего не сможет сделать. Природа иного мира и так не подчинилась бы с ходу чужаку, будь он хоть десять раз полубогом, а в Острогорье, где чахлые деревца встречаются по одному на километр, да и те растут лишь в укромных долинах на самом дне ущелий, ему и вовсе не получить никакой поддержки. А без привычной основы его боевого арсенала личная сила Кенариуса не так уж и велика, особенно если его встретит хорошо подготовленный капкан.