— Тогда поступим так, Джанлария, либо ты отдаешь нам все полученные твоими недоучками данные по расследованию и допускаешь наших представителей к ее останкам, чтоб уже нормальные специалисты поработали. Либо наши представители сами прибудут, только уже на военных кораблях и мы оценим, на что способен ваш распиаренный флот и десантный корпус. — спокойно проговорил Анрий Эгнатис.

— Ты не боишься, что твои войны захлебнутся в собственной крови? У нас даже в такой ситуации, достаточно длинные руки, чтоб дотянуться до Палавена и других центральных миров.

Несмотря на то, что в кабинете реально присутствовала лишь одна Джанларея, а остальные говорили только через видеосвязь, напряжение, которое она раньше не замечала, многократно возросло. Ведь именно сейчас, от ее ответа, зависит будущее ее расы. Ведь с одной стороны, Азари лишатся своего места под солнцем и главенствующей роли как в политической, так скорее всего и финансовой жизни Цитадели, уступая его Турианцем. Либо, в случае ее конфронтации с Эгнатисом, Азари придется вести войну не только с отвалившимися колониями, но и против, куда более целостной Турианской Иерархии, за центральной место Цитадели.

— Хорошо, я пришлю вам данные и дам доступ к останкам станции. — все же согласилась Джанларея и смотря на удивленные лица некоторых собеседников, она прекрасно понимала, что сделала правильный выбор.

Несмотря на потерю политической власти в пространстве Цитадели и довольно скорое свое смещение, если не гибель от рук своих же, Джанларея все же смогла перешагнуть через себя и не допустить войны. Которая бы не только окончательно похоронила Республику, но и позволило бы ее противникам получить доступ к секретному маяку. Так что, несмотря на проигрыш, она прекрасно знала, что через тысячу лет власть все равно вернется в их руки.

— Ты мудро поступила, все же победителей в нашей войне не будет, слишком опасная сейчас ситуация и сдержать горячие головы военных и политиков ни я, ни ты сейчас не сможем. Так что с этим вопросом мы разобрались. Теперь, касаемо колоний…