- А если шею сломаешь, что мне твоему деду сказать?!

Она нам из Парижа косметику и всякие такие штучки притащила, что наши девки чуть ли не молились на все эти краски, кисточки и другие мелочи. Одна Со Ын покривилась. Но её уговорили, и усадили перед зеркалом, а потом «покрасили». Странно. Но она немного похожа на меня. Я опять усомнился: может мы всё-таки родственники? Со Ын тоже заинтересовалась, и позвонила своей хальмони Пакпао. Той на старости лет делать нечего, она и позвонила в Таиланд. Ей подняли сохранившиеся документы провинции Буринам, откуда она родом. Выяснилось, что мы всё-таки с Со Ын родня. Но по тайской линии, а не по корейской. Оказалось, что Пакпао – двоюродная сестра моей умершей тайской бабушки. Они вместе воспитывались, и от моей прабабки научились русскому языку.

Сейчас нам это помогает в деле подготовки кореянок знания русского языка. Я предложил устраивать дни разговора на русском, чтобы девчонки быстрее погрузились в языковую среду. Они покривлялись – лишнего напряга мозгов никто не хочет, но потом им такой же метод посоветовали в Центре языка, когда узнали. что у нас в группе два человека владеют русским. Поэтому мы придумали «русифицированные» имена для наших девчонок. Так Розе, стала Розой, Дженни – Женей, а Джи Су – Джисой. Дженни очень удивилась, когда я ей сказал, что русские могут её звать и Евгенией. Ничего, привыкнет. Девчонки только просят меня и Со Ын говорить медленно, чтобы они успевали понять, о чём идёт речь. Но пока они ещё только начали изучение языка, и, естественно, ничего не понимают. Эх! Что делать? Поспать, что ли?

Место действия: Республика Южная Корея, город Сеул, съёмочный павильон в одном из концов города

Время действия: пятнадцатое марта две тысячи десятого года, длинный нескончаемый день.

- Лалиса-ян, давай, пройдись по подиуму! Потом в конце развернись. И иди обратно. Не комкай эту одежду! Давай, пошла!

Заразы! Я есть хочу, я устал, я спать хочу! Уже полночь на дворе! Надоело! Проклятые рекламщики! У меня ноги болят! Я сейчас грохнусь, и не встану с этого подиума! Буду лежать, отдыхать…. Но всё это я вынужден думать про себя. Никого не интересует, что ты хочешь. Утверждён план съёмок, бюджет, и будь добр (или, всё-таки, добра?) и выполняй указания режиссёра. А тут ещё, как мухи, налетают после каждой паузы эти визажисты, и начинают махать своими щёточками! Вначале, ничего, вроде бы и приятно. Но потом становится невыносимо. Слава богу, тупеешь, как устаёшь. И уже на визажистов и их действия никакой реакции не возникает.