— Что сделал? — и снова она замерла, но я почуял, что мои вопросы стали выбивать из-под нее твердую почву.

Неужели я был тогда таким дураком? Да, если подумать, я всегда им был, если встречался с ней. Как же я не заметил, что творят за моей спиной?

Сразу после вылета нашей команды Каролина ушла к Сереге, прямо как по плану. Я был в подавленном настроении, и она тогда сказала, что такого меня уже терпеть не может. И я ведь тогда принял это за чистую монету, реально вообразил, что меня бросили из-за моей депрессии.

Теперь мне стало ясно, что отношения у них начались еще до тех событий. А это был просто удобный повод порвать без лишних выяснений.

— Как он мне чит поставил?

Каролина молча смотрела на меня, морщинки на лбу говорили, что над моим вопросом думают. Точнее, подбирают правильный ответ. Кажется, Клео уже пожалела, что пришла сегодня ко мне.

— Я всегда ему говорила, что ты рано или поздно узнаешь, — неожиданно прямо ответила Каролина, — Ты не подумай, я узнала только потом. Я сама была в шоке, зачем он это сделал, мы с Сережей сильно поругались тогда, — быстро оттараторила она.

Я слушал ее, разливая кипяток по бокалам. Узнала позже, говоришь. И сразу сказала, что я не читер. Меня вдруг осенило — а ведь какая получается картина! Все, кто меня поддерживал, знали о реальном положении дел. Остальная команда, которая сразу послала меня куда подальше, узнала гораздо позже, когда уже окончательно рухнул мой мир.

Я пристально смотрел на Каролину, она улыбалась самым милейшим образом. Змеюка ты, как мне кажется. Ты, твой Лаккер, да еще Макс, получается! И какая у кого была роль?

— А почему мне не сказала? — задал я следующий вопрос, уже чувствуя, как глупо он звучит, и что ответ будет таким же.

Я же тогда был бедным сломанным Антошкой, с вывернутой наизнанку ранимой душой. Все участливо скрыли правду, чтобы не травмировать меня еще больше.

— Я понимаю, тебе тяжело было, нам же пришлось расстаться… — завела свою пластинку Каролина, не снимая с лица дежурную улыбку, — И Сережа сказал, что правда будет для тебя сильным ударом!

Я так и не сел за стол — встал, опираясь ладонями в столешницу, нависая над этой мегерой. Я с интересом разглядывал ее, открыв совершенно новые грани. Косметики больно много, и глаза ты красить совсем не умеешь. Нет, сейчас ты мне уже не нравишься, совсем даже наоборот.

— А как тебе сейчас играется? — вдруг спросила Каролина, резко перейдя на совсем другую тему, — Говорят, ты с топовым кланом бегаешь?

— Нормально играется! — бросил я, плюхнувшись на табуретку.