– Гантанас тоже так думает? – спросил Тис.

– Гантанас слишком добр, – ответила Кайла. – Хотя, может быть, это и хорошо. Ты знаешь, что такое ритуальное изнасилование? Или ты даже о простом изнасиловании не догадываешься?

Тис промолчал.

– Когда врагу нужен маг или воин с заданными свойствами, он обычно похищает женщину, у которой в роду или у нее самой эти свойства есть, – продолжила Кайла. – Маола в этом случае – лучший выбор. Хотя бы потому, что маола долго живут, сильны, значит, усилия будут оплачены сторицей. Потом подбирается самец. Если угодно – отец. В обычном случае – маг, великий воин, имни с хорошей родословной. В идеале – тоже маола. Но в особых случаях – нечто потустороннее. Да, орудием изнасилования по-прежнему будет служить человек, но вселившаяся в него сущность, которая порой способна физически его изменить, одарит плод заданными свойствами. В исключительных случаях эта сущность способна вовсе исключить передачу родства со стороны насильника! Она сама становится насильником! Сама изливает в жертву свое семя! Твой отец не человек, Тис. У людей не бывает шипов на ладонях. У имни, кстати, тоже.

– А у кого бывает? – спросил Тис.

Кайла не ответила.

– У кого бывает? – повторил вопрос Тис.

Кайла молчала.

– Ну и что? – вдруг закричал он. – Ну и что?! Причем тут кровь?! Среди людей бывают и герои, и негодяи! Среди маола, наверное, тоже! Мою мать спас враг! Тот, кому на роду написано было быть ее врагом. Но он отдал за нее и за меня свою жизнь! Или я обречен стать негодяем?! Нет! Не бывать этому! Вот! Вот мои ладони! На них нет шипов! Нет и никогда не будет! Или вы хотите их вырастить? Зачем вы меня позвали?

Кайла молчала. Тис тяжело выдохнул и опустил голову на руки.

– Значит так, – сухо произнесла она, когда Тис отдышался. – Все, о чем мы с тобой тут говорили, должно остаться между нами. Ты по-прежнему под подозрением, поскольку силы, о которых мы говорим, способны скрываться даже от их владельцев. И я все еще не знаю, кто еще двое или трое.

– Ваш замысел с дикими рубинами не прошел, – буркнул Тис.

– Я иду разными дорогами одновременно, – ответила Кайла. – Но ты должен запомнить самое важное.

– Я слушаю, – прошептал Тис.

– Если это ребенок… – Тис вздрогнул, и Кайла повторила. – Если это ребенок, то его убивать нельзя. И это не воля Гантанаса. Это неотменяемое правило. Ребенка убивать нельзя, даже если он – ужасный демон в своей сути. Даже если он – личинка злого бога или одного из его слуг. Ребенка убивать нельзя, потому что это яд, который отравит всех. Если кто-то из тех, кто служит Стеблям, убьет ребенка, Стеблей больше не будет. Его стражи рассеются. Его четыре предела – исчезнут. Его слава – померкнет.