― Тебе придется какое-то время побыть здесь, ― сообщил мне тролль, открывая дверь и предлагая войти в довольно просторную комнату. ― Я должен доложить о твоем прибытии магистру.

Не торопясь переступать порог, я быстро осмотрелся. Каменные стены, широкий лежак, грубо сколоченный массивный табурет и стол. Общую угрюмую картину довершало узкое окно, забранное решеткой, сквозь которое проникали всполохи молний добравшейся до цитадели бури.

― Очень похоже на тюремную камеру, ― со скепсисом в голосе произнес я.

Привратник обвел оценивающим взглядом внутренности комнаты и неопределенно пожал плечами.

― Никогда не думал об этом, ― смущенно пробурчал он.

Реакция тролля меня озадачила. Мои слова как будто обидели его. А потом до меня неожиданно дошло.

― Погоди, ― хмурясь, начал я. ― Это твое жилище?

Тролль кивнул и произнес:

― Ты друг моего народа. Я должен проявить гостеприимство.

Я почувствовал, как вспыхнуло мое лицо. Неудобно получилось.

― Я не…

― Все нормально, ― перебил меня привратник. ― У меня уже давно не было гостей. Проходи. Располагайся. Здесь тебе ничего не угрожает. Даю слово.

Переступив порог, я сделал несколько шагов внутрь и обернулся.

Перед тем, как прикрыть за собой дверь, тролль тихо добавил:

― Ты прав ― это место действительно похоже на тюрьму. Какое-то время я тоже так считал.

Я не знал, как реагировать на его слова. Значило ли это, что тролль когда-то оказался здесь не по своей воле или это было просто некой фигурой речи, мне на самом деле было плевать. Главное ― покинуть это место, как можно быстрее, перед этим узнав мое точное местоположение. Я ведь до сих пор не знаю, в какой части моего мира нахожусь. Стоило взять себя в руки, спрятав свое горе в самые дальние закоулки подсознания, как мозг начал подкидывать мне вопросы, о которых следовало подумать с самого начала.

Взобравшись на громоздкий табурет, первым делом я призвал харна. Появление Обжоры встретил со вздохом облегчения. Друг, чувствуя мое состояние, пытаясь подбодрить, ткнулся плоским лбом в мое плечо и лизнул горячим языком щеку.

― Я больше никогда не увижу ее, ― прошептал я, крепко сжимая в ладони маленькую фигурку ласки, и сам ужаснулся этим словам.

― Хрн…

― Ты прав, братишка. Не время раскисать. Давай используем эту передышку с пользой. Что-то подсказывает мне ― у нас еще не скоро появится такая возможность.