— Что у вас находится с тыльной стороны? — спросил он.

— Там баня, сарай, а потом идет забор. Двухметровый. За ним — небольшая канава. От пересохшего ручья осталась. Забито все мусором. Сейчас снега по шею. Не проскочить.

— Ладно, я понял. А какие-нибудь постройки есть?

— Нет, лес начинается, — Мотор, судя по всему, находился на верхнем этаже и точно описывал то, что видел. — Вдается в поселок небольшим клином. От нашего забора до него метров сорок.

— Принял, — сделал отметку Никита.

— Что там у тебя? — осторожно спросил бандит, в чьем голосе сквозила нешуточная надежда. Видно, осточертело сидеть на одном месте.

— Прикидываю, как вас отсюда вытащить. Думаю, Лобану ничего пока знать не нужно. Попробую тишком переместить вас в другое место. Незачем сейчас баламутить ваш гадюшник.

— А волхвы есть?

— Одного точно срисовал. Но, думаю, полиция этим и ограничилась. Они знают, что Якут прячется у вас.

— Чего тогда ждут? — напрягся Мотор.

— Курьеров. Следствие наверняка считает, что за Якутом тянется, кроме политической статьи, контрабанда алмазами и «радугой». Так что вы в осаде можете и год просидеть!

— Он об этом ничего не говорил! И ты сам откуда все это знаешь?

— Я в других кругах общаюсь. Все, хорош болтать. Вечером свяжусь.

Никита подошел к товарищам, деловито кричащим друг другу непонятный для обывателей набор слов: базис, азимут, абрис, сетка, засечка, ординар. Видно было, что они прикалываются, совершенно не понимая смысла данных терминов, применимых к дорожным работам. Остановив это сумасшествие, Никита сказал, что можно собираться. Все, что надо, он выяснил. Наскоро сложив в кузов пикапа инструменты, курсанты покинули дачный поселок. К вечеру уже были в столице. На просьбу Никиты остаться переночевать, Елагин замахал руками.

— Да ты брось! Время еще детское, успеем по домам разъехаться! Не хотим тебя стеснять, тем более что ты с дедом живешь. Да и нас родные ждут. Лично я обещал к вечеру вернуться.

Ребята уехали, а Никита вернулся в дом. Анатолий Архипович опять что-то готовил на кухне. Волхв укоризненно сказал:

— Дед, ну что ты все время хлопочешь возле плиты! Давай, закажем из ресторана что-нибудь!

— Этот ресторан будет три часа из Петербурга ковылять, пока мы с голоду не сдохнем! Дай мне за тобой поухаживать! Скоро ведь обратно ехать, когда еще увидимся.

В голосе деда сквозила вина за то, что не смог найти знакомую с рецептом борьбы против заклятия, наложенного Ларой. Но, как только разговор заходил об этом, он бодро заявлял, что ничего не потеряно. Вот и сейчас, отложив деревянную лопатку в сторону, спросил: