— Нам обещают поставку трансформаторов через месяц. — ответил тот, не поднимая глаз, — мы сейчас пытаемся у кого-нибудь купить старые трансформаторы на время до поставки новых с завода.

— Иоганн, — ласково сказал Лесин, — я склоняюсь к мысли, что ты станешь жертвой волнений. И главным виновником. Улавливаешь суть идеи? У тебя есть шанс выжить, но тебе надо хорошо для этого потрудиться. Советую не пренебрегать моим предупреждением.

Почтенный побледнел.

— Ратом, — обратился старший Лесин к сыну, — посылай туда бойцов и наводи порядок. Я не хочу больше слышать ни о каких волнениях.

— Я могу выделить только сотню. — отозвался сын. — Ну может удастся выкроить две, но этого всё равно будет маловато.

— У нас же есть целый полк от союзников. — удивился старший.

— Их посылать нельзя. — покачал головой Ратом. — Бойцам Родиных на наших людей плевать — если их, допустим, забросают камнями, они запросто могут начать стрелять в ответ. А там целая толпа корреспондентов — ты представляешь, какой вой подымут газеты?

Лесин представил и поморщился. Нетрудно было предвидеть, что при таком развитии событий князь выскажет своё неудовольствие в самой жёсткой форме, и текущие неприятности покажутся цветочками.

— Делай что хочешь, хоть вольников нанимай, но в посёлке должен быть полный порядок и никаких недовольных. Мне по дружбе шепнули, что у князя уже готовится решение о временном отзыве нашей лицензии на добычу и о направлении на «Старожилку» княжеской комиссии. Мне намекнули, что если мы немедленно не наведём порядок сами, лишение лицензии может стать постоянным.

Глава 8

Глава 8

Добран Лесин последние дни был в состоянии непреходящего бешенства. Эта дурацкая война уже превратилась в фарс, и его бесконечно раздражал тот факт, что за ним в этом спектакле прочно закрепилась роль комического персонажа. В обществе над ним понемногу начинали смеяться, и восстановление репутации выглядело непростой задачей. Больше всего давила полная невозможность сделать хоть что-то. От союзника толку не было никакого, да было и непохоже, чтобы Родин хотел что-то делать. Арди же был совершенно неуязвим, и всё его поведение выглядело насмешкой. Лесины теряли гигантские суммы каждый день, а в это время Кеннер посещал приёмы, ходил на премьеры, и всячески демонстрировал, что жизнь у него удалась. На днях он с большой помпой объявил об учреждении именной стипендии Милославы Арди для талантливых студентов лекарского факультета. В целом всё выглядело так, как будто Арди даже не замечает, что он с кем-то воюет. Добран в последнее время перестал появляться в обществе, чтобы не слышать вопросов, в которых ясно чувствовалась издёвка.