– Ну да…

Слай покачал головой. Затем вынул руку из кармана и быстро провел кончиками пальцев по лбу, как будто пот размазал.

– Глупо как-то получается, – он нервно махнул рукой в сторону кордона. – Почему они ехали в сторону Усопья, а не к дороге?

– Ночь была. Темно. Отсюда уже не видно дорожных огней. Возможно, они сбились с пути… Кроме того, посмотри внимательно по ту сторону кордона… Видишь бурые пятна, клочья шерсти…

– Ты хочешь сказать?..

Праттер подошел к кусту, росшему возле самой границы Усопья, и приподнял его ветки.

– Термическая сила… – произнес Слай полушепотом.

Под кустом лежала оторванная кисть айвура со скрюченными пальцами.

– Квад преследовал айвур, – прокомментировал слова Слая Праттер. – Поэтому они гнали, не разбирая дороги. И все вместе налетели на мины.

– А где же тогда квад? – спросил Лёня. – Ну, или его обломки?

– Его швырнуло дальше, за кусты.

– Но мы не можем быть уверены в этом на все сто.

– Я уверен, – мрачно произнес Праттер.

– С чего вдруг?

– Чувствуешь запах горелой резины? Откуда он, по-твоему, мог взяться? Местные цветы благоухают?

– Все верно, – кивнул Слай. – Квад налетел на минное заграждение, взорвался и загорелся.

– Но люди могли уцелеть.

– Если бы они были живы, то сидели бы сейчас здесь! – Слай ткнул пальцем в землю. – Возле этих чертовых мин! Мы не можем перепрыгнуть через них, но слышать-то мы друг друга можем!

Лёня резко отвернулся в сторону.

– Ладно, – похлопал его по плечу Праттер. – Все в порядке… Ну, или вроде того… Мне тоже не верится в то, что Хамерхаузена больше нет… Не он первый, не он последний. Такая уж у рамона судьба, – Праттер снова хлопнул Лёню по плечу. – Ладно… Ты и сам все это знаешь.